Армянский музей Москвы и культуры наций

View Original

Аветик Исаакян: Меджлум и Лейли

МЕДЖЛУМ И ЛЕЙЛИ

Уснул Меджлум, и ему явилась во сне Лейли;
Он, снилось, ее полюбил, и его полюбила Лейли.
"Мать! Моя голова всю ночь по подушке мечется,-
Гурию рая вижу во сне.
Мать, благословляю грудей твоих молоко, -
Но ухожу, прощай, поброжу по белому свету,
Найду, приведу Лейли" -
Так родимой сказал Меджлум и ушел.
Шел, шел и пришел к роднику Бингёл.
Екнуло сердце: остановись!

В полночь, в самую ночь
Пришли кочевые к горе Бингёл,
Пришли кочевые, разбили шатры у горы Бингёл.
Уснула Лейли и видела сон,
Что полюбила Меджлума, что ее полюбил и он.

Да разольется над вами утренний добрый свет!
И над Лейли разлился утренний добрый свет;
Встала, взяла кувшин, к роднику за водой сошла.
"Ах, здравствуй, Меджлум, - сказала, - привет тебе!"
- "Тысячу благ и тебе! - сказал Меджлум.-
Возлюбленная моя, Лейли!"

Как очарованный
Меджлум смотрел на Лейли;
Как очарованная
На Меджлума смотрела Лейли.

Глаза Лейли - полночное небо,
А в нем два солнца горят.
Кудри Лейли на белую грудь
Черного шелка потоки струят.

Семь дней, семь ночей
Простояли они,
А им показалось: минуту
Стоят они.

Семь дней, семь ночей прошли,
И сказала Лейли:
"Меджлум, любимый,
Сердца моего господин,
Повели мне сойти к шатру
Отца напоить.
Завтра приду поутру".

Слова Лейли - что медовые вина Шираза.
На прощание руку Меджлуму Лейли подала.
Меджлум заплакал, сказал:
"Лейли, мое сердце, не уходи!
Ты, не ранив, убила меня.
Я тебе подарю Гиндукуш
До самого Чинмачина.
Твой стан - золотая башня,
Черная родинка у тебя на щеке.
Лейли безжалостная,
Не уходи!"

Лейли зачерпнула воды, ушла.
Остался Меджлум, следил издалёка
Сам не свой, рука на груди.
Ушла Лейли, ушла - и что ж увидала?
Кочевые задвигались,
Верблюдов навьючили, -
И ушла Лейли за шатром отца.

Пусть к добру надо мной осенние листья падут!
Пусть к добру над тобой посыплется зимний снег!
Пусть к добру для меня раскроется мак луговой!
Пусть к добру для тебя распустится роза весной!
Лейли однажды гулять пошла,
Увидала птиц в вышине,
Кликнула: "Птица, птица!
Ты, верно, летишь от Сипан-горы -
Значит, летела и мимо горы Бингёл.
Не видала ль Меджлума у родника Бингёл?"
- "Девушка, - птица ответила с неба,-
Да, я лечу от Сипан-горы,
Пролетала и мимо Бингёла.
У источника видела молодца-мертвеца;
Мясо его склевала, кости в кучку сгребла".

Косы Лейли распустила,
Волосы пеплом посыпала,
Пошла, подошла к роднику Бингёл,
Видит Меджлумовы кости среди цветов.
Плакала, плакала - и умерла
Над костями безжалостного
Меджлума.
Божьим велением
Оба звездами стали:
Не узнавший счастья Меджлум
И о счастье мечта - Лейли.
Одна засияла на южной,
Другая на северной стороне.
Божьим велением
Единожды в год
Сближаются звезды Лейли и Меджлума,
В тоске, в томленье
Целуются нежно.
И, расставшись, вновь переходят:
Лейли на место Меджлума,
Меджлум - на место Лейли,
На юг - Лейли,
На север - Меджлум.

1910
Казарапат

Материал получен с портала armenianhouse.org