Tigran Harutyunyan

Сергей Лавров – фигура постраблезианства

Tigran Harutyunyan
<i class="fa fa-youtube-play"></i>  Сергей Лавров – фигура постраблезианства

Комментарии главы российского МИДа Сергея Викторовича Лаврова могут войти в сокровищницу раблезианского наследия.  В наше время стало очень трудно отличать «низ» от «верха», умение и желание говорить правду от троллинга, культуру от контркультуры. Знаменитое исследование Михаила Бахтина «Творчество Франсуа Рабле и народная культура Средневековья и Ренессанса» сегодня может перечитываться снова: культурологами, журналистами, политологами, имиджмейкерами, спичрайтерами… Настало время вселенского карнавала, игры и мистификации. Все это самым причудливым образом накладывается на кровавые войны в Сирии, на Донбассе, нет им числа… Чем страшнее, тем смешнее.

Сегодня больше всего востребован политик-игрок. Тот, кто построил на своих  шутках, косноязычии  и оговорках  харизму.  Еще совсем недавно мыслеформы Виктора Черномырдина, российского  премьер-министра в 1992-1998 годах, гуляли по России. Теперь ему на смену пришел Сергей Лавров, который в нашем восприятии стал распадаться на персоналия и персонажа. Первый – крупный государственный деятель, который в реальности ежедневно бьется за невозможность большой войны или ее отсрочку. Второй – персонаж, который может стать героем анекдотов. Почему так случилось, что Лаврову стало с руки шутить на грани фола, в то же время нарабатывать историческую миссию миротворца?

Возможно, причина в том, что на наших глазах произошло сращивание реальности и виртуальности, вытеснение традиционного медиапространства блогосферой. Возможно, вторая причина и в том, что имидж политика, говорящего не с людьми, но для людей на их же языке, внушает если не уважение, то, безусловно, симпатию. На смену официозу и коммьюнике приходит троллинг. Говоря площадным языком – Лавров «отжигает». И в этом смысле он   -  верный ученик Пушкина, который призывал «жечь глаголом сердца людей». Кстати, сам Александр Сергеевич с его различными фейками, один из них небезызвестный Феофилакт Косичкин, хорошо бы вписался на будни нашего всё – фейсбука.

И все же Сергей Лавров с его набором «дебилов», «кисок», то ли еще будет, не так прост и однозначен, как нам сейчас это кажется. Сам Михаил Бахтин ссылался на русского литературоведа Алексея Николаевича Веселовского, который увидел в фигуре Франсуа Рабле, кому-то казавшейся непотребной, циничной, веселого мальчика, выпущенного из курной избы, олицетворявшего коллективное народное темное и тайное, на городскую площадь. Если бы Сергея Лаврова не существовало, нам бы пришлось довольствоваться разноликими мемами: упоротым лисом и Карлом, Лилией Меджидовной, Юрием Лозой, да мало ли кем еще!

Но никто из перечисленных фигур не ведет болезненные переговоры с Керри или Обамой, Алиевым, Саргсяном. И если оговорочки по Лаврову вытянут мир, пересилят зло, то кем бы он не обернулся в будущем,  пусть даже «дураком наоборот», это не умалит его заслуг перед человечеством.

 

Валерия Олюнина

 

<i class="fa fa-youtube-play"></i> Сергей Лавров – фигура постраблезианства