Армянское ню и вокруг него

Армянское ню и вокруг него

Тема обнаженного тела в армянском искусстве неоднозначно. Даже самые именитые искусствоведы любят схватиться за голову и объявить, что у армян идеалом красоты является мать. Мы могли бы остаться в этом тренде, и представить вам образы армянских мадонн от самых древних и вплоть до современных. Но таких материалов появилось уже достаточно много, и мы все же решились заговорить о сокровенном – об эротизме в армянском изобразительном искусстве.

 Суренянц


На фоне нового индустриального общества возникла новая проблема. Нужно было срочно изменить весь быт человека, который добывал теперь свой хлеб не в поле, а в помещении, на заводе. Одежда не должна была сковывать движения, нужно было больше двигаться. Юбка до пола становилась просто опасной на производстве – полы могло затянуть в механизм, а так недалеко и до травмы. Если раньше женщины практически не выходили из дому и их общение с чужим мужчиной считалось неприличным, но с появлением заводов это стало неизбежно. Это сейчас мы не понимаем, что неприличном в том, чтобы улыбнуться коллеге, а наши прадедушки представить не могли, что из их дома женщина может провести с посторонними мужчинами весь день.

Нужно было менять понятия о сексуальности, необходимость в этом была острая. Но как это сделать? Ведь в те времена даже длина юбки до середины щиколоток считалась неприлично короткой.

В Москве появилось общество «Долой стыд!» память о котором уже через десять лет выжгли каленым железом. Революция дошла и до Средней Азии. Если на севере, на территории нынешних Казахстана и Киргизии женщины никогда не закрывали лица, то на юге, в Туркестане, они носили черные одежды. И настоящую паранджу с черной вуалью.

Снятие паранджи, Жмакин, 1957


Во всех городах Советского Союза стали устанавливать обнаженные статуи. Видимо, считали, что если шокировать население этим зрелищем, то вид оголенных икр не станет таким уж сильным потрясением.  Скульпторы Армении получили заказы на обнаженные фигуры для установки в городе. Но как изобразить армянскую женщину с опущенными догу глазами и – все прочее? Первым задачу решил Ара Саркисян. Он изваял женский торс, без головы и рук.


За ним последовала скульптура Айцемик Урарту. Впрочем, население Еревана отреагировать на искусство не успело – у партии как-то очень быстро сменился курс, и обнаженные скульптуры плавно переехала в новенький городской музей. Тот самый, который в наши дни вырос в Национальную галерею.

И тем не менее, обнаженную натуру армянские художники писали неохотно. Мартирос Сарьян, можно сказать, верховный жрец армянской живописи, не только не обращался к этой теме, но даже ни разу не написал образ мадонны – матери с ребенком, столь любимый почти всеми советскими художниками. Зато на его полотнах очень часто возникал портрет любимой супруги, Лусик Сарьян.

«Портрет Лусик Сарьян» Мартирос Сарьян


Зато Александр Бажбеук-Меликян эту тему не обходил. Среди его работ обнаженных красавиц достаточно много, и образы их разнообразны, от реализма до фантазийных духов из сновидений. 

Бажбеук

Бажбеук


И все-таки, для армянского искусства в изображении тела осталась некая условность. Видимо, сыграл архетип богини любви Астхик, которая, согласно преданию, опускала туман на озера, когда приходила к ним поплавать. Вот и Эдвард Исабекян, изображая пару купальщиков не уходит в натурализм, а спутник переодевающейся дамы на его картине оглядывает окрестности, видимо, чтобы отогнать любопытных.

«На берегу озера» Эдвард Исабекян


Обнаженность Родины-Матери в Гюмри также не бросается в глаза совершенно, несмотря на то, что фигура достаточно реалистична.

«Мать-Армения» Ара Саркисян, Гюмри


У Саркисяна Мурадяна обнаженные фигуры связаны с образом Весны, невинности, и напрочь лишены вызова или чувственности. Даже самые откровенные его модели невинны.


Интересен сюжет его картины «Модель и художник». Девушка, позирующая живописцу оглядывается на крестьянку, спешащую по своим делам. Тонкий психологизм Мурадяна особенно хорошо виден в «Свадьбе». Мы видим, как свадебная процессия смущена энергичным танцем девушки в красном. Жениха и невесту спешат посадить в машину, а плясунья в центре и не думает остановиться, высоко задирает ноги, и не видит никого вокруг себя, как жрица в экстазе.

«Свадьба» Саркис Мурадян


Но ушли в прошлое деликатные семидесятые, а вслед за ними и восьмидесятые, и начались неспокойные 90-е. Как изображалось женское тело мы вам показывать не будем. Скажем только, что одна из выставок 1994 года просуществовала три дня. Авангардистов кулаками прогнали… авангардисты предыдущего поколения, за полное нарушение границ и взывание к низшим инстинктам. Вот уж где был разгул натурализма!

А затем обнаженное тело в армянском искусстве снова нырнуло под тень вуали старой богини. Самыми смелыми в наши дни можно назвать работы Наны Арамян, которая рассказывает о девичьих депрессиях и первом страхе перед большой жизнью, с которым каждая женщина рано или поздно сталкивается один на один.

«Сон» Нана Арамян

НаринеЭ

Армянское ню и вокруг него