Армянский музей Москвы и культуры наций

View Original

Женские образы в произведениях армянских импрессионистов

В конце XIX века французский импрессионизм проник во все страны, вдохнув новую жизнь, свежесть и непосредственность в академические представления о живописи. Формировались своеобразные национальные школы, которые представляли новый вариант развития стиля на основе национального темперамента. Армянский импрессионизм не стал исключением. В статье искусствовед Рузанна Лазарян прослеживает особенности армянского импрессионизма на примере женских портретов, выставленных в Национальной галереи Армении.

В 1874 году с 15 апреля по 15 мая в Париже проходила выставка художников из «Анонимного общества живописцев, скульпторов, граверов и пр.» — так первоначально называли себя импрессионисты. Однако, несмотря на почтение и восхищение будущих поколений, тогда выставка импрессионистов стала лишь поводом насмешек и презрения. Любители академической живописи не могли себе представить такое несуразное отклонение от нормы во имя красоты, для многих это было просто немыслимо.

И название «импрессионизм» вовсе не возникло от безмерного почитания зрителей и критиков. Оно появилось на страницах сатирического очерка журналиста и критика Луи Леруа. Поводом для такого наименования группы молодых художников послужила картина Клода Моне «Восход солнца. Впечатление». «Обои в первоначальной стадии обработки более закончены, чем этот морской пейзаж…» — так, по мнению общества, воспитанного на классических идеалах, выглядело все творчество импрессионистов.

Клод Моне, Восход солнца. Впечатление, 1873. muzei-mira.com

Этюдность воспринималась как недостаток мастерства, любовь к пейзажному и бытовому жанру — пренебрежение высокими историческими и мифологическими сюжетами. Кто бы могу подумать, что через несколько десятилетий это название не только приживется, но и станет одним из самых популярных направлений в истории искусства.

В конце XIX века импрессионизм проник во все страны, вдохнув новую жизнь, свежесть и непосредственность в академические представления о живописи. Формировались своеобразные национальные школы, которые представляли новый вариант развития импрессионизма на основе национального темперамента. Армянский импрессионизм не является исключением.

Армяне перенимали традиции импрессионизма либо из искусства его родоначальников — французов, либо через Российскую империю, проходя обучение в Москве или Санкт-Петербурге, где преподавали великие мастера, уже работавшие в новом стиле — Сергей Коровин, Валентин Серов.

Однако очень важно отметить, что армянский «художественный» менталитет стоит ближе к русскому. Армянам также не удается воспевать красоту природы или светлоликих женщин чисто с эстетической точки зрения, на их произведениях всегда стоит печать психологизма и рефлексии. Однако есть исключения: те художники, которые жили и творили в основном во Франции, лишены этого свойства. Но, тем не менее, факт глубокого анализа объекта или явления и стремление разоблачения внутренних процессов, присущ не только русскому импрессионизму, но и армянскому.

Импрессионизм повлиял не только на художественные методы изображения, но и на восприятие женской красоты. Выставленная на «Салоне отверженных» работа Эдуарда Мане «Олимпия» произвела невероятный фурор. Впервые героиней полотна стала не Венера, нереида или муза, а обыкновенная женщина — лицо современности. Угловатость, надменный взгляд, чёрный кот указывают на низкое социальное положение женщины. Зритель не мог простить художнику изображения женщины лёгкого поведения как объекта живописи. Публика недоумевала: как модель могла отказаться от высоких традиций и женский идеалов в угоду современности. Таким образом, с лёгкой руки Мане произошла эмансипация женского образа в истории искусства. В сюжеты «ворвались» обыкновенные женщины без идеальных форм, что в то время было крайне революционно.

Эдуард Мане, Олимпия, 1863. muzei-mira.com

В Армянском искусстве происходил свой особый процесс формирования женских образов. Лёгкий импрессионистический мазок добавил свободы в их интерпретацию, художники увековечивали своих муз, исходя из новой художественной традиции. Благодаря некогда новаторскому стилю мы имеем возможность лучше понять характер и темперамент героинь портретов. Импрессионизм помог художникам передать внутренний мир своих натурщиц более правдиво, схватывая оттенки сложнодоступных настроений.

В Национальной галерее уже год действует выставка армянских импрессионистов, где представлены жемчужины армянского изобразительного искусства. Представлены известные художники: Егише Тадевосян, Вардгес Суренянц, Мартирос Сарьян, Ваграм Гайфеджян, Седрак Аракелян. Попытаемся представить ключевые произведения выставки в виде женских образов.

Амаяк Арцатбанян. Дочь художника с тюльпанами

В первом зале представлена работа Амаяка Арцатбаняна «Дочь художника с тюльпанами» (1915). Этому художнику было суждено творить всего два десятилетия, вдали от своей родины (Нахичевань-на-Дону), но те изменения и свежесть, новаторские идеи, которые были им привнесены в армянскую живопись, неоценимы. Будучи четвертым ребенком в семье актеров, Амаяку удастся связать свою жизнь с искусством. С 1897 по 1900 год Арцатбанян учился у Валентина Серова. Творчество которого для армянского художника всегда служило неким идеалом, к которому он стремился до конца своих дней. Арцатбаняна в Серове привлекали честность и приверженность реалистическому видению действительности, а не увлеченность маньеризмом. Импрессионизм в творчестве обоих служит лишь способом раскрытия внутреннего мира героев, а не самоцелью.

Если ранний период творчества армянского художника связан с озвучиванием социальных проблем, то поздний период наполнен высоким уровнем рефлексии и одновременно умиротворения. Одним из примеров является работа «Дочь художника с тюльпанами».В этой работе позднего периода замечается приверженность тем же художественным методам, которым следовал его учитель. Можно без колебания назвать это произведение армянским вариантом «Девочки с персиками». Этот портрет является обобщением детского возраста, и присущих ему внутренней гармонии и безмятежности. Как и Серов, Арцатбанян тоже использует контрастные цвета, мастерски сопоставляя голубой цвет со смуглым лицом модели. Однако, в отличие от Веры Мамонтовой, ее молодая коллега выглядит не так озорно и жизнерадостно. На ее светлом личике мелькают нотки озабоченности чем-то, озадаченности, что так нетипично для такого возраста. Художнику удается передать это сложное настроение, которое часто встречается у детей — нетипичная для их возраста серьезность, обеспокоенность чем-либо, которое поглощает все их внимание.

Амаяк Арцатбанян, Дочь художника с тюльпанами, 1915. gallery.am

Шарль Адамян. На пляже

Шарль (Карапет) Адамян, армянский художник, который провел свою жизнь в Париже. Он является одним из тех редких примеров, когда армянину удается перенимать не только техническое совершенство импрессионизма, но и миропонимание импрессионистов. Творчество Адамяна пополняет армянское искусство светлыми портретами и пейзажами, наполненными свежестью и жизнелюбием. Адамян своим творчеством олицетворял жизненную гармонию, радость и светлый оптимизм. Одним из примеров такого образа является портрет внучки живописца. Художник запечатлел сложно передаваемый период женского возраста, когда девушка из детства вступает во взрослую жизнь, исходя из чего в ее чертах и непосредственной улыбке замечается этот переходный этап, когда детская естественность и непринужденность сменяются женственностью и изяществом. Импрессионистический мазок и вибрирующий воздух лишь усиливают эти неуловимые изменения в модели, добавляя динамизм.

Шарль Адамян, На пляже. gallery.am

Егише Тадевосян. Женщина, читающая в саду (Портрет Жюстины, жены художника)

Тадевосян — великий художник, в чьем творчестве гармонично смогли сожительствовать русское и европейское художественное наследие. Художник, родившийся в Вагаршапате, как-то говорил, что если бы не этот город — оплот армянской духовной культуры, он, скорее всего, не стал бы художником. Тадевосян получил образование в Московском училище живописи, ваяния и зодчества у передового художника Василия Поленова. Именно в доме Поленовых Тадевосян познакомился с Василием Суриковым и Ильей Репиным. Но самым ценным приобретением жизни стала встреча с будущей женой — Жюстиной. Она работала гувернанткой в доме Поленовых.

С первой встречи пара была неразлучна. Тадевосян нашел в Жюстине не только родственную душу, но и прекрасную натурщицу. Одним из доказательств этому служит идиллический портрет жены, где она в лоне природы предается чтению. Художник создает некую гармоничную атмосферу, где человек и природа сливаются, взаимодополняют друг друга. Сладкое умиротворение Жюстины и состояние полной безмятежности природы строят прекрасную картину идиллии. Эту работу сравнивали с произведениями Клода Моне, где последний тоже воспевает красоту своей супруги Камиллы. Здесь полностью раскрываются трепетное отношение, любовь и восхищение художников, которые они испытывают к своим возлюбленным.

Егише Тадевосян. Женщина, читающая в саду, 1903. rusimp.su

Вардгес Суреньянц. Портрет Анны Идельсон

Суреньянц является основателем исторического жанра в армянском искусстве. Сын священника, он был знатоком армянской духовной культуры. Помимо этого, Суреньянц был еще и полиглотом: переводил с английского Шекспира, читал доклады на итальянском. Сначала он получил образование в Лазаревской семинарии восточных языков, а затем в Мюнхенской академии. На описываемой выставке армянских импрессионистов нашел свое место загадочный портрет Анны Идельсон кисти Суреньянца. Говорят, Суреньянц закончил эту картину за 4 сеанса. Учитывая, что художник никогда не был женат, многие предполагают, что Анна была его тайной музой, однако подтверждения этому найти невозможно. Что касается самого произведения, то Суреньянц здесь работает в стиле пуантилизма, видоизменяя его классический метод. С помощью разрозненных мазков художник достигает ощущения динамики и вибрирующего воздуха. Работая с лаконичной палитрой, Суреньянцу удается создать впечатляющий и запоминающийся образ. Работа участвовала на выставке передвижников в 1913 году и стала поводом высоких похвал.

Вардгес Суреньянц, Портрет Анны Идельсон, 1913. rusimp.su

На выставке любопытный зритель может найти и другие завораживающие женские образы, через которые художники еще столетие назад пытались транслировать красоту не только самих женщин, но и жизни в целом, воплощением которой являются героини вышеупомянутых произведений.

Искусствовед Рузанна Лазарян (Ереван) специально для Армянского музея Москвы
На обложке: Егише Тадевосян. Женщина, читающая в саду, 1903.
rusimp.su