Как гобоист-виртуоз Артемий Чолокян с полярным медведем тягался

Как гобоист-виртуоз Артемий Чолокян с полярным медведем тягался
 Артемий Чолокян. Фото Льва Рыжкова

Артемий Чолокян. Фото Льва Рыжкова

В том возрасте, когда Генрих Мхитарян тренировался при Федерации футбола Армении, в Фонде Спивакова работал стипендиат виртуоз-гобоист Артемий Чолокян, второй сын в семье музыкантов Эдуарда и Татьяны Чолокян. Его старший брат, как и Артемий, ученик выдающегося российского педагога Ивана Федоровича Пушечникова. 


К тому времени Андрей покинул Москву и стал одним из лучших гобоистов в Лозаннской консерватории у профессора Жана-Луи Капезалли, который преподает в Швейцарии, приезжая туда из Парижской консерватории.
Прошло еще немного лет, и Артемий, еще не окончив Гнесинку, стал собираться поступать в Моцартеум. После смерти Пушечникова остро встал вопрос о продолжении образования. Российская школа «духовиков» тогда провисала, и нужно было идти дальше. 
На семейном совете было принято решение ехать к профессору Штефану Шилле в Австрию.
Попутно искать помощь благотворителей.
Шли очень трудные времена, нужно было еще поддерживать Андрея, который продолжал биться за себя в Лозанне, то принимая участие в самых высоких международных конкурсах, то слетая с них. Сложности конкуренции мы здесь только упомянем. То, как гобоистам соперники ломают «трости» накануне выступлений. Или приемная комиссия просто не дает выйти на конкурс. 

 Старший брат Артемия Андрей Чолокян - один из лучших гобоистов Швейцарии

Старший брат Артемия Андрей Чолокян - один из лучших гобоистов Швейцарии


Семья также взяла на воспитание девочку из сибирского детского дома – Вику, которую, кстати, нашел Артемий, участвуя в акции «Поезд надежды», также прививая ей любовь к музыке. А еще нужно было покупать дорогие инструменты – ради таких покупок ужимается все семья, ограничивая себя во всем, влезая в кредиты. 
Чолокяны обратились ко мне, и я стала по мере возможности писать в различные армянские фонды и к тем людям, чьи имена сегодня очень на слуху. Речь шла не только о меценатстве или гранте, но и о контрактах, во время которых Андрей и Артемий могли заработать. 
Напомним, речь шла о виртуозах. О лучших гобоистах мира, пусть еще очень молодых. Доказательством этого были многочисленные концерты по всему миру от Фонда Спивакова, с которым нужно было прощаться. Концерты в Дании, Испании, Кипра, Австрии, Словакии, Швейцарии Кубы, Италии. Братья - постоянные участники концертов в Российской академии музыки им. Гнесиных, Доме композиторов, Московском международном доме музыки, Большом и Малом залах МГК им. П.И. Чайковского, Доме ученых, Оружейной палате Московского Кремля, Колонном зале Дома союзов. Принимали участие в фестивале «Царицынский дивертисмент». Помимо гобоя Артемий успешно овладел игрой на рояле. В 2006 г. стал лауреатом 4-го Международного детского конкурса пианистов им. Д.Д. Шостаковича в Москве.


Писать приходилось много и все без толку.


Одно письмо даже ушло Рите Саргсян с просьбой помочь Артемию с концертами в Ереване. Пришло письмо от ее помощницы с тем, что Рита в отпуске.


Чолокян-младший уже дважды играл на своей исторической родине (Артемий армянин по отцу). Участвовал в Международном фестивале «Времена года», посвященном Араму Хачатуряну, а также в концерте Межгосударственного фонда гуманитарного сотрудничества по приглашению основателя и главного дирижера Государственного молодежного оркестра Армении Сергея Смбатяна на торжествах, посвященных 20-летию независимости Армении.

Он получил благословение композитора Эдварда Мирзояна.

Семья отпускала 17-летнего Артемия в Зальцбург, потому что он один среди 10 других молодых музыкантов прошел к Шилле. Но также нужно было время от времени летать в Москву, сдавать экзамены в Гнесинке. Оплачивать проживание и питание. Что-то на себя надевать. Быть здоровым.
Пытался помочь Юрий Навоян. Он предложил Артемию выступить в одном конкурсе в Подмосковье и представить Армению, увы не подошел формат. Там нужно было петь. Что я могла сделать для него? Время от времени поддерживать его и брата публикациями, попросить коллег разместить о нем статью в Хайазге.

Речь шла не о «жире, а быть бы живу». Семья уже несколько лет как сдавала свою квартиру в Люблино, а из Гнесинки возили детей на дачу по Егорьевскому шоссе. Спать мальчикам приходилось часто в машине. Только приехав на дачу, с рассветом они снова ехали учиться.


Как-то раз я с детьми была в зоопарке, и увидела среди опекунов полярных медведей известную армянскую фирму, торгующую свежезамороженными овощами. На душе сразу стало спокойней. Вспомнился скрипач Сергей Хачатрян, которому японцы купили Страдивари.

Валерия Олюнина

Как гобоист-виртуоз Артемий Чолокян с полярным медведем тягался