Недосказанная история Шушаник Надирян

Величие художника определяет его творчество. Но как же получается, что хороших картин много, даже очень много, и одни становятся классическими, академическими, а другие шедеврами? И вот видишь в галереях и музеях огромное количество картин, а запоминаешь только несколько? Может потому, что запоминается не то, что понятно, а то, что провоцирует вопрос? Что в любом шедевре должна быть недосказанность, загадочность, повод к размышлению?

Искусство художника всегда было связано с мистикой и волшебством. Человек, который умел изображать «тебя», всегда вызывал к себе неоднозначное отношение. Этот человек заглядывал тебе в «душу», как священник на исповеди. Но если священник хранил тайну, то художник показывал то, что ты хотел бы скрыть.  И в этом смысле искусство иконописи должно было возвысить художника в средневековом обществе. Он давал возможность простому человеку не только молиться и просить, но и «смотреть в лицо», попытаться понять это «лицо»(лик), прочитать ответ своего вопроса на этом лице.

Армянская церковь в раннем средневековье не признавала икон. Но тем не менее время диктовала свои условия, развивалась традиция миниатюрной живописи, кое-где (на историческом севере) появилась церковная настенная живопись.

 С развитием производственных отношений появляется и мирское, светское искусство, появляется понятие портрет. Сначала по канонам церковного письма (так называемая «парсуна» в русском искусстве), затем по технике реалистического искусства.

 Заказчиками выступали состоятельные люди, которым нужны были  демонстративные формы подтверждения статуса, лучшие из которых- парадные портреты.

Семья художников Овнатанянов- семья портретистов «парадного» жанра. на примере их творчества можно проследить, как от творения «парсун» семья постепенно переходила к правилам реалистической живописи, и творчество Акопа Овнатаняна тому подтверждение.

Семья жила в Тбилиси. Там родился Акоп в начале XIX века. Тифлис того времени - это отдельная страница в истории культуры нашего народа. Это степенные купцы Габриеля Сундукяна, герои Раффи, Ширванзаде и других наших классиков литературы и живописи. Но Тифлис- не только административный центр Кавказского наместничества, «европейская часть» Кавказа. Город был закрытым для посторонних мирком, и жил своей, обособленной жизнью.

Был здесь свой «Булонский лес» - Муштайид, куда ходили гулять в погожие дни, были кварталы Сололак, Пески, Авлабар, был Головинский проспект, свои клубы, модные магазины, парижские модистки. Но общество было строго расслоено, и каждый знал свое место. И это «место», статус, нужно было оправдать, всячески возвышать и не выставлять истинные чувства напоказ. Даже деньги не могли пробить бреши в стенах, воздвигнутых общественным мнением.

 Здесь парадный портретист был призван своей кистью показать и закрепить статус человека. И очень часто он закреплялся не только портретом господина, но и его жены.

И вот появляется вопрос: наверняка портретов было много, художников тоже, но вызывают интерес работы именно Акопа Овнатаняна. Может, потому, что он чуточку перешел грань дозволенного и показал не только то, что есть, но и то, что скрыто?

А как он это сделал, если все его герои изображены на абсолютно голом фоне? Никаких деталей интерьера, как в старом ателье фотографа, непонятного цвета стена и сам «герой» портрета во всей своей красе. Но есть одно исключение: загадочный портрет, не перестающий удивлять и восхищать нас.

Портрет Шушаник Надирян, написанный примерно в конце 1840-х годов.

Первое, что привлекает внимание в облике женщины, удивительно замкнутое выражение лица. Словно она пытается скрыть боль или обиду. Как истинная дочь Тифлиса, она не выставляет чувства напоказ.  Выражение настолько явно, что не сразу замечаешь насколько у нее красивое и молодое лицо. Одета она в роскошное, дорогое платье, тщательно и детально изображены все детали одежды замужней женщины. Что еще непривычно: открытое окно, Шушаник сидит на стуле у открытого окна, из которого видны дальние горы в туманном закате. На подоконнике стоит изящный горшок с маленьким розовым кустиком в цвету, который странным образом делит картину на две части, придавая портрету удивительную мягкость и грусть.

Что хотел сказать художник такой маленькой деталью? Что молодая женщина на пороге дальнего и последнего пути? Что красота ее так же скоротечна и не вечна, как красота комнатного цветка? И что так омрачило лицо юной красавицы? Достаточно рукой прикрыть немного тяжелый подбородок, и сразу глаза ее кажутся полными слез, вырисовываются легкие бороздки под глазами, которые художники Ренессанса называли «бороздками слез мадонны.» Может, подбородок слегка раздулся от того, что женщина пытается сдержать слезы?  Но руки ее спокойно лежат на подлокотниках стула, красивые, тонкие руки молодой женщины.

Если прикрыть окно с цветком, то получается обычный парадный портрет гордой. красивой, ухоженной, армянки- горожанки. Тщательно прорисованные детали, яркие, сочные краски. А вся правая половина полотна словно в серой дымке, и при повторном рассмотрении картины впечатление меняется полностью: перед нами одинокая женщина, пытающаяся перебороть свое горе, может потому, что ей не с кем делиться, а может потому, что боится казаться слабой?

Надо признать, мы не первые пытаемся разгадать эту загадку. И наверное,мы никогда не узнаем ее историю, но всем нам ясно: Акоп Овнатанян преподнес нам ребус, достойный великого художника.

Нуне Мхитарян

Недосказанная история Шушаник Надирян