О равнодушии, генетике и Геноциде
 Окрестности городка Дигор. Руины монастыря Хцконк (тур. Беш килисе). Церковь св. Саркиса (слева) и развалины ещё одного храма.  Фото Сергея Новикова

Окрестности городка Дигор. Руины монастыря Хцконк (тур. Беш килисе). Церковь св. Саркиса (слева) и развалины ещё одного храма.  Фото Сергея Новикова

Армянский музей Москвы предлагает вам размышление о некоторых причинах осуществления чудовищного преступления - Геноцида армян в Османской империи в 1915 году. Тему иллюстрируют фотографии путешественника, журналиста Сергея Новикова, который только что вернулся из Западной Армении. На этих снимках - Ани и Карс. 

Как только в армянской среде начинаются разговоры о равнодушии, практически через минуту произносится слово "Геноцид".

Грант Матевосян в образе тоскующей, сошедшей с ума от отчаяния буйволицы говорит прежде всего не о потерянной любви. О том, как душа армянского крестьянина ищет, ждет своего "буйвола" - сильную мужскую руку, а точнее, сильное государство.

В армянском Геноциде есть две трудно постижимые темы.

Первая касается сильного сословного расслоения армянского общества перед Геноцидом. Да, работали родственные связи, но не велика ли была пропасть между жизнью богатой верхушки и так называемой "солью земли"?
"Сливки" и "соль" стремительно отторгались друг от друга. Да, мужчины уходили в парламент, на свои фабрики, рисовали картины и торговали кружевом и лекарствами. У меня вопрос: почему мы сейчас не можем воспроизвести ни одного выдающегося имени армянской женщины?
Да потому что большинство из них держали дома, воспитывали детей. Многие в роскоши и неге. Вы вдумайтесь в это, как резко качнулся маятник. Жены, дочери из плетеных кресел, с балконов с видом на Босфор, где они щебетали о парижских модах, вдруг оказываются в аду сирийской пустыни. Многие из них в своей жизни не ходили больше часа пешком, а тут сразу депортация.

 Здесь трагически пересеклись Великая Армения и Великий Шелковый путь. фото Сергея Новикова

Здесь трагически пересеклись Великая Армения и Великий Шелковый путь. фото Сергея Новикова

Мы, наверное, не вправе вносить свои оценки слишком сурово, нам и 1/1000 не выдержать из того, что выдержали они. Возможно, я бы не рассуждала таким образом,если бы у меня муж вкалывал с утра до вечера и держал приличные счета в Стамбульском банке. Но я ставлю вопрос: почему армянское общество в начале 19 века не сформировало более активную часть. Да, чистки Абдул-Гамида. Конечно, был страх. Но ведь даже в 1920 годах в Стамбуле снова существовали творческие армянские сообщества, театральное, например. Именно армянское. Значит, и во времена пашей армяне в принципе могли усилить свою структуру и не так отдаляться от своего пахаря и гончара.

Прошло сто лет после 1915 года, а мы так и не ответили на вопрос, как было возможно это чудовищное преступление. Ни историк, ни философ не может объяснить нам, что являлось решающим фактором для того, чтобы зверства оформились в целый исторический процесс.

Я думаю, только генетики и физиологи смогли бы объяснить это. Если есть эти исследования, то, скорее всего, они скрыты от общественности. Мы хотим знать, почему включающий в себя разные этносы турок столкнулся с преградой в виде армян. Почему не задалась ассимиляция. Я вижу так: турок, когда мало-мальски оформил свое сознание и культуру, как зачарованный встал перед наследием и генофондом Великой Армении. Тут что-то стало происходить, нет, не земля автохтонов, и не вклады в Стамбульском банке.

 Покинутый очаг армян. фото Сергея Новикова

Покинутый очаг армян. фото Сергея Новикова

Его повела генетика и физиология. Он каким-то слепым, животным бессознательным образом понял, что нужно действовать, как в львином прайде. Убить мужчин этого народа и создать новое поколение, более крепкое.

Были ли кочевники, включавшие в себя то огузов, то греков, со слабой природой? Вряд ли. Кочевать в ледяной пустыне очень трудно. В казахской Астане уже в октябре очень холодно. Знали, где строить АЛЖИР и сгонять жен врагов народов.

Но, по всей вероятности, генотип армян был сильнее. Именно это и стало поводом с одной стороны к истреблению, с другой - такой востребованности в армянских женщинах. Турки не считали армян низшей расой, они считали их угрозой для своего существования. Но барьер был преодолен самым нечеловеческим образом.

Валерия Олюнина

фото Сергея Новикова

(на заглавной фотографии - Ани. Руины собора царя Гагика I. Самая фотогеничная упавшая капитель (на фоне северной стены, со стороны Карса). 

О равнодушии, генетике и Геноциде