«О всемирном значении памятника «Карахундж»: Вачаган и Маринэ Ваградян

«О всемирном значении памятника «Карахундж»: Вачаган и Маринэ Ваградян

Армянский музей Москвы продолжает и, возможно, закрывает экспрессивную полемику читателей нашего сайта вокруг публикации Павла Джангирова «Караундж. Конец одной сенсации?». Автор ссылался на цитату руководителя археологической экспедиции “Зорац Карер” доктора исторических наук, ученого секретаря Службы охраны исторической среды министерства культуры Армении Ашота Пилипосяна:  “Это – древнее захоронение, правда на несколько тысяч лет старше “обсерватории Париса Геруни”. Что, однако, нисколько не умаляет значения этого памятника ни в масштабе Армении, ни в мировом масштабе”. 

КАРАХУндж.PNG

Публикации многих ученых о Караундже, «армянском Стоунхендже», всегда говорят о существовании альтернативной точки зрения. В самом вопросе заложен диалектический подход. Среди некоторых комментариев заинтересованных читателей есть те, что находятся где-то посередине: может быть и так, что могильник и обсерватория могли совпадать с разницей во времени.

В ответ на публикацию в Армянский музей Москвы пришло сообщение от известного блогера, лидера армянского клуба знатоков Тиграна Кочаряна. Он стал инициатором размещения оппозиционного, точнее, традиционного мнения. Поскольку предлагаемая статья значительна по объему, в ней ряд графиков, ссылок на источники, Армянский музей предлагает вам ознакомиться с противоположной точкой зрения. Справедливости ради скажем, что точку зрения Павла Джангирова поддержал не один человек, список прилагать не будем, но заметим, что уважаемые журналисты Армении писали в эти дни, что обсерватория в Караундже – это не единственная иллюзия академика Геруни.

Автор книги «Макарац» Арман Ревазян ссылается на В.Ваградяна, М. Ваградян, что слабым местом теории Париса Геруни был сравнительный лингвистический анализ слов-топонимов.

Ревазян считает, что была попытка зависнуть на отдельных ошибках ученого в области сравнительного языкознания и тем опровергнуть труд ученого целиком. Да, нельзя было отождествлять henge и Qarahunge, лежащего в 30 километрах от мегалитического комплекса.

ЯЯЯЯ.jpg

«Если англ.stoune "камень” является прямым переводом арм.qar "камень” то происхождение и значение  англ. hunge, посредством английского или смежных оному языков, необъяснимо, но как мы видим, оно присутствует в армянском названии. По мнению Париса Геруни арм.hung является повторением hunč "звучание, голос, эхо” и следовательно Qarahunge означает "звучащие, говорящие камни”», - пишет Арман Ревазян в книге «Макарац».

Итак, выдержки из статьи «О всемирном значении памятника «Карахундж» Вачагана Ваградяна, Маринэ Ваградян.

Вачаган Ваградян -  кандидат биологических наук, исследователь применения математических методов моделирования нейронных сетей и обработки биоэлектрических сигналов. Автор множества  оригинальных алгоритмов. 

О ВСЕМИРНОМ ЗНАЧЕНИИ ПАМЯТНИКА "КАРАХУНДЖ"

На современной территории Республики Армения – близ города Сисиан Сюникского марза находится мегалитический памятник, имеющий исключительное значение для понимания и осмысления с единых позиций многих крупных и мелких, но весьма значимых археологических открытий в Европе и в Азии, а также результатов разрозненных археоастрономических исследований последних десятилетий. Полное исследование структурно-функциональных особенностей сюникского уникума позволит сформировать новый – материально обоснованный взгляд на процесс исторического развития человеческой цивилизации. Немаловажное значение в этом отношении имеет, как ни странно об этом говорить, даже название этого таинственного памятника, что до недавнего времени было предметом споров между исследователями. Нами было доказано, что мегалитические сооружения такого типа в Армении имели нарицательное имя «карахундж», что переводится как «каменный букет» и имеет следующую смысловую нагрузку – «организованное множество камней». А конкретно обсуждаемый памятник для выделения и отражения его структурных особенностей предложено называть «Ангхи карахундж»  («Карахундж грифа»).

В данной статье мы обратимся к структурно-функциональным особенностям памятника и его связям с другими аналогичными памятниками мирового значения.

Авторы статьи подробно описывают структуру памятника.

В частности, он находится на высоте примерно 1770 м над уровнем моря и занимает территорию около 70 000 м2, он состоит из 223 (по данным академика П. Геруни) определенным образом расставленных в основном больших камней, предназначенных для вертикального стояния. Центром строения является яйцеобразно расставленная группа камней. От центра тянутся два ряда камней, образуя два крыла, направленных на север и на юг. Надземные части камней имеют высоты 0,5 – 3 м.  Имеются окружности разных диаметров, выложенных из камней, на 0,5 м выступающих над землей.

 Имеются окружности разных диаметров, выложенных из камней, на 0,5 м выступающих над землей.

Есть там прямоугольные ямы, похожие на центральный дольмен, но без плиты-покрытия и меньших размеров.

На 57 камнях сделаны сквозные отверстия диаметром 6 – 8 см, направленные на определенные точки небосвода, в большинстве своем, близ горизонта Отверстия открыты с обеих сторон камней конически сужаясь до пересечения с обратной стороной. Это выделяет данное строение среди всех других аналогичных мегалитических памятников мира. 

Есть группы камней, будучи совместно рассмотрены, своим взаиморасположением составляют прицельное приспособление или, по крайней мере, очень напоминают. Акад. Геруни в своих исследованиях указал на следующую группу камней.

Камни центрального яйцеобразного строения не имеют отверстий.

В середине центрального построения камней есть крупная прямоугольная яма. С внутренней стороны яма обложена камнями. Сверху яма покрыта крупными каменными плоскими блоками. Некоторые из них сейчас упали в яму.

 С восточной стороны этой ямы уложен-подстроен огромных размеров камень, на конце которого открыто отверстие. Оно направлено на ту точку горизонта, в которой восходит солнце в день летнего солнцестояния – 22 июня. Это единственный камень с львеостием в центральном круге. Отверстие открыто с противоположных сторон камня под разными углами с определенным отклонением.

От центрального яйцеобразного строения на северо-запад, примерно в 50 м находится вторая по величине прямоугольная яма (размеры 5x10 м.), на западном краю которой лежит очень большой камень. Он предназначен был для вертикального стояния. Это 200-й камень.

Наличие столь значимого камня в этом месте до сих пор удавалось объяснить. Было сделано предположение, что он мог выполнять аналогичную роль с пяточным камнем английского

Стоухенджа Согласно Хокинсу при помощи пяточного камня в Стоунхендже можно было определить день летнего солнцестояния.  Однако, 200-й камень Карахунджа находится на северо-западе от центрального овала и не на одной с ним плоскости, а значительно ниже и никак не мог выступать в этой роли. В своем месте мы покажем, какое место занимает этот камень в нашей гипотезе и какое значение он имел.

По краям этой и других ям были расставлены, но сейчас частично упали в ямы (в некоторых случаях еще стоят) специальным образом – козырькообразно выточенные довольно большие камни, которые совместно образовывали полукрышу для каждой ямы. Схематично это продемонстрировано на рисунке.

Имеются также следы выстроенных стен.

КАРА.jpg

Большая часть армянских археологов, комментировавших строение, склонны видеть в памятнике могильник, заметим, не имея на то никаких оснований, представляющих сколько-нибудь доказательную силу. С внутренней стороны выложенные камнями и имеющие полукрышу прямоугольные ямы рассматриваются как могильники.

Плиты-покрытия этих могильников, как правило, сняты или лежат в погребальных камерах՚ пишет археолог Оник Хнкикян. Однако, подробное обследование ям показало, что в ямах  плит-покрытий (целых или хотя бы разломанных) нет. По всей вероятности, таковых и не было. Мы это предполагаем, поскольку входить в ямы (скажем, с целью ограбления) не представляло никаких трудностей и на практике не имело смысла ломать все плиты-покрытия, тем более снимать и уносить. Отсутствие на своих предполагаемых местах не объясняется также и возможными землетрясениями, поскольку их нет и внутри ям, где они должны были оказаться в случае такого бедствия

Тогда остается предположить, что ямы своими своеобразными, необычными полукрышами имели иное функциональное предназначение.   

Гипотеза: Это могли быть своего рода смотровые камеры, для сидящего в которых человека было бы видно узкая полоска неба. В определенное время в этой полоске могло быть видно то или иное созвездие. Этим самым можно было делать определенные календарные выводы.

Во всех случаях эта гипотеза тоже требует проверки.

Следует отметить, что о возможном астрономическом назначении строения первым писал археолог Оник Хнкикян. Основательно раскритиковав мнение других археологов о том, что, мол, единственное функциональное предназначение памятника связано с идеей могильника, он, основываясь на наличии сквозных отверстий в камнях, и на их направленности в определенные точки небосвода, предположил о возможности наблюдения сквозь отверстия за движением небесных светил.  Хнкикян первым попытался на основании найденного им же археологического материала оценить возраст памятника. Что составило примерно  4000 ± 200 лет.

А вот как объясняют наличие отверстий в камнях памятника этнографы К. Кушнарева и Ст. Лисициан. Они сделали предположение, что сквозь отверстия пронизывалась веревка и с помощью вьючных животных тащили камни из каменоломни к месту назначения. Это мнение тоже было самым основательным образом раскритиковано Хнкикяном. И несмотря на это большая часть археологов, по крайней мере, публично, остаются приверженцами мнения Ст. Лисицяна, высказанного более чем 50 лет тому назад. А вот другая группа археологов считает, что отверстия в камнях открыты для привязывания к камням лошадей. Ни как на их мнение не влияет то обстоятельство, что отверстия на некоторых камнях открыты на высоте  2-х метров и имеют направленность на различные точки небосвода.

Расположение некоторых групп камней и возможность определения с их помощью дней весеннего и осеннего равноденствия и посредством этого возможность точного определения сторон света заметила в 1985 году астрофизик, чл. кор. НАН РА Э. Парсамян и тоже пришла к выводу об астрономическом назначении памятника.

С 1990-х годов памятником заинтересовался академик Парис Геруни. Им было организовано несколько экспедиций (в том числе и с международным участием) к памятнику. В процессе исследований и измерений были уточнены координаты основных камней памятника, Камни были пронумерованы и классифицированы. Были измерены углы осей отверстий относительно горизонта. Четырьмя различными астрономическими методами был расчитан возможный возраст памятника примерно 7500 ± 550 лет. Исследовав взаиморасположение некоторых камней, было выдвинуто несколько предположений о возможном астрономическом их применении. Еще одна гипотеза была предложена, согласно которой строение использовалось еще и как учебный центр.

Мы с 2006 года начали исследования памятника. В первую очередь мы обратили внимание на необычное ассиметричное расположение камней в так называемых крыльях, тянущихся на север и на юг от центрального овального, более точно – яйцеобразного строения.

Руководствуясь ментальностью древних, согласно которой «То, что в небе, то и на земле», мы проверили, не отражает ли эта своеобразная и необычная архитектура памятника расположение звезд какого-либо созвездия? Мы также заметили, что примерно ту же самую фигуру с несимметричными крыльями образуют звезды созвездия Лебедя.

Прямое сравнение этих фигур позволило с высокой уверенностью выдвинуть гипотезу, которая оказалась весьма плодотворной для дальнейших исследований.

Гипотеза. Архитектура памятника Карахундж отражает расположение звезд созвездия Лебедя (древнейшее армянское и шумерское название – Грифа)

При этом, те камни памятника, которые соответствуют звездам созвездия Лебедя-Грифа, поставлены на пьедесталах, в то время как остальные камни врыты в землю. Здесь нужно отметить, что 200-й камень соответствует ярчайшей звезде созвездия Лебедя – Денебу.  

Все это говорит о том, что строители Карахунджа знали разбивку звездного неба на созвездия и имели довольно серьезные астрономические знания.

Общее строение памятника такого, что дает возможность производить некоторые астрономические наблюдения. А именно, определять день летнего солнцестояния. Об этом свидетельствует наличие расставленных коридором камней, направленных на северо-восток и, начинающихся с центрального овала. Согласно расчетам акад. П. Геруни 7500 лет тому  назад в день летнего солнцестояния солнце восходило именно в этом коридоре. Сейчас точка восхода отклонено вследствие прецессии. Измерив угол отклонения, ученый рассчитал время за которое произошло это отклонение. То же самое известно и о Стоунхендже. Бросается в глаза сходство астрономических знаний и ритуально-религиозных традиций строителей двух памятников.

 Таинство. Фото Айка Мелконяна из цикла "Власть огня"

Таинство. Фото Айка Мелконяна из цикла "Власть огня"

В качестве примера иного подхода к подобным астрономическо-религиозным ритуалам  приведем  памятник, найденный в Гозеке (Германия). Это кругообразное деревянное сооружение 75 м в диаметре возраст которого точно определен радиоуглеродным методом – 6000 лет. По мнению большинства немецких археологов, памятник имел астрономическое назначение и астрономические наблюдение были вплетены в религиозные ритуалы.

    Следить за движением звезд. На определенных камнях открыты сквозные отверстия, некоторые из которых смотрят на определенные точки небосвода, другие с вершинами соседних камней образуют прицельное приспособление. Это с очевидностью заставляет предположить, что когда какое-то небесное светило, скажем, солнце или луна или яркая звезда оказывалась на вершине прицельного камня, то это служило основанием для календарных выводов.

Карахундж грифа имеет уникальные астрономико-географические особенности. Географическое положение памятника так соотносится с положением деревень Ангехакот, Брун-Веришен и с ритуальным местом «Портакар» (Пуповинный камень), что отражает вертикальную линию креста созвездия Лебедя-Грифа.

 Ночь Огненных Драконов. Фото Айка Мелконяна из цикла "Власть огня"

Ночь Огненных Драконов. Фото Айка Мелконяна из цикла "Власть огня"

Что касается соответствия ритуального места «Портакар» и h Лебедя, то оно на первый взгляд носит чисто структурный характер. Однако, более пристальное рассмотрение дало неожиданный результат. Если созвездие Грифа (Лебедя) совместить с изображением грифа на указанном камне из Портасара, то h Грифа (Лебедя) совпадет с животом птицы. Во многих индоевропейских языках, в частности, в романо-германских и славянских языках, второе значение слова «пупок» связано с птицей и обозначает утолщенную часть желудка птицы. Таким образом, название ритуального места «Портакар» имеет какую-то связь с совпадением звезды h с желудком Грифа на камне из Портасара.

Если на карте прямыми линиями соединить названиями семантически связанные деревни: Ангехакот, Брун, Карахундж и Брнакот друг с другом, то получится точный параллелограмм. При этом, на большой диагонали последней окажется памятник Карахундж грифа и будет делить диагональ в отношении ¼ и ¾ (рис. 14.).

А в точке пересечения диагоналей полученного параллелограмма есть большое захоронение. Этот удивительный параллелограмм еще ждет своего объяснения.

Раскрыта связь памятника «Карахундж грифа» с обнаруженным в Западной Армении мегалитическим памятником на горе Портасар. Этот камень, наиболее разрисованный среди других уже раскопанных. Указанная окружностью птица с очевидностью является грифом. Если на нее наложить план памятника «Карахундж грифа», то видим, что картинки с большой точностью совпадают.

Нами было показано, что на этом камне памятника «Портасар» изображениа часть неба, разделенная на созвездия близ лебедя.

-        Поскольку известно, что Лебедь и Гриф это разные названия одного и того же созвездия, причем армяно-шумерское – Гриф значительно древнее Лебедя (арабское), то изображение грифа на камне (слева) соответствует созвездию Лебедя, полученном с помощью программы симуляции звездного неба STELLARIUM. 

-        Вторая пара изображений соответствующих друг другу это созвездие Лисицы, ниже созвездия Лебедя-Грифа, и изображение лисицы в необычной – вертикальной позе, ниже изображения грифа на камне (частично закрыто на фото выложенной позднее стеной).

-        Третья пара изображений соответствующих друг другу это маленькое созвездие Лиры и тоже маленькое изображение птицы справа от изображения грифа на камне. Нелишне заметить, что название созвездия Лиры взято из греческой мифологии. А вот название ярчайшей звезды этого созвездия – Вега, с арабского языка переводится как «падающий гриф». И соответствующее изображение птицы на камне очень напоминает грифа, причем в неестественной позе, которая допускает интерпретацию «падающий».

-        Четвертая пара изображений соответствующих друг другу составляют большое созвездие Орла, ниже Лебедя и Лисицы, и большое изображение птицы (возможно орла) ниже изображений грифа и лисицы на камне.  

-        Обнаружены и другие соответствия, но они находятся в процессе исследования.

  Если наша гипотеза о соответствиях верна, то это значит, что жители Армянского нагорья – наши прямые предки, разделили звездное небо, по крайней мере, 12000 лет назад, согласно датировке памятника, сделанном немецким археологом Клаусом Шмидтом – первооткрывателем памятника.

Есть и определенные несоответствия. Бросается в глаза наличие на камне – в центре всей композиции изображения скорпиона. На звездном небе зодиакальное созвездие Скорпиона находится значительно южней. 

Как объяснить это несоответствие?

Наши исследования показали, что созвездие Лебедя-Грифа в различные временные эпохи демонстрирует различгые степени соответствия с изображением грифа на камне из Портасара. Так,

-        Созвездие Лебедя-Грифа нашего времени, будучи наложенным на изображение грифа на камне  демонстрирует хорошее соответствие в общих чертах, а левые крылья обоих изображений составляют довольно большой угол между собой.

-        12000 лет тому назад (это возраст памятника из Портасара по Шмидту) этот угол был значимо меньше.

-        Рассматриваемый угол был равен нулю 18500 лет тому назад, что дает основание предположить, что это и есть настоящий возраст памятника.

-        Выяснилось, что 18500 лет тому назад началась эпоха Скорпиона и именно скорпион изображен на свободном пространстве между изображениями грифа, лисицы, орла и падающей птицы. Это может быть основанием для  следующего предположения: скорпион изображен на камне-карте звездного неба в качестве датировки.

-        Это значит, что строители памятника на Портасаре, кто бы они ни были (это предстоит выяснить), расчитывали на эксплуатацию сооружения по прямому функциональному назначению, каким бы оно ни было (и на этот счет тоже вырисовывается серьезное рсхождение мнений), на тысячелетия. Об этом говорит не только масштабность, но и фундаментальность сооружения, и необычайное изобразительное богатство. В частности, те, кто возводили и расписывали рассмотренный нами камень, хотели передать своим далеким потомкам – тем, кто должен был пользоваться сооружением через много тысячилетий, информацию о расположении звезд во время строительства сооружения – в эпоху скорпиона.

-        Изучая эту информацию, мы вынуждены признать, каким бы невероятным это нам не казалось, что, скорее всего строители сооружения знали: об эклиптике, о прецессии, о собственном движении звезд.

-        Это факты, в общем, не вписывающиеся в существующие представления современной исторической науки о время-географических, антропо-социальных и культурологических (в широком смысле) аспектах возникновения, формирования и развития человеческой цивилизации. А в подобных случаях нужно корректировать теорию с тем, чтобы объяснить факты, а не открещиваться от них, как это часто делалось в советское время, да и сейчас тоже и, кстати, не только советскими учеными.

-        О необходимости менять теорию, менять взгляды на историю цивилизации уже пишут многие крупные специалисты в этой области. 

-        "Все были абсолютно уверены в том, что такие монументальные постройки под силу возвести лишь цивилизации, имеющей сложную иерархию, которые появляются лишь после изобретения земледелия, – говорит Иэн Ходдер, профессор антропологии Стэнфордского университета, руководивший раскопками в Чатал-Хююке, самом известном турецком месте находок времен неолита. – Находка Гобекли все меняет. Это продуманная комплексная постройка, возведенная до появления земледелия. Уже факт сам по себе делает находку одним из самых важных археологических открытий за долгий период времени". По нашему мнению профессор Ходдер ошибается в акцентах. Дело в том, что среди европейских исследователей проявляется, на наш взгляд, ошибочная тенденция связывать «изобретение земледелия» исключительно со средним и южным междуречием и долиной Нила. В то время как анализ  наскальных изображений Армянского нагорья, в частности, марза Сюника современной территории Республики Армения показывает чрезвычайно высокий уровень развития культуры земледелия, одомашнивания скота, мореплавания и даже использования письменности за более чем 6-7 тысяч лет до «изобретения земледелия» в среднем и южном междуречье и в долине Нила.

-        Полученные нами данные еще более неожиданные. Они указывают не только на умение древних обитателей Армянского нагорья строить грандиозные сооружения, дата построения которых отодвигается вглубь веков еще на 6-7 тысяч лет, но и на совершенно поразительные для тех времен астрономические знания этих людей. Заметим, что мы пока не ставим вопроса о том, как этим древним людям удалось обрести подобного уровня знания. Мы пока только зафиксировали этот факт. 

Также авторы статьи говорят о том, что согласно энциклопедии Британика, Стоунхендж построили бритты. Если это так и если верно сообщение Беде Достопочтенного, что бритты пришли из Армении, то резонно предположить, что именно жившие в Армении предки бриттов и построили Карахундж Грифа.  

На этом умозаключении мы прекращаем цитирование. Тот, читатель, который хочет получить более детальное представление по теме, может прочесть статью в печатном виде.

Фото Айка Мелконяна, megalithica.ru, img.tourister.ru

 

 

«О всемирном значении памятника «Карахундж»: Вачаган и Маринэ Ваградян