Венера Аветисян. Рассказ "Виген"

Венера Аветисян. Рассказ "Виген"

Армянский музей представляет вам творчество финалистов второго всеармянского литературного конкурса короткого рассказа "Абрикосовая косточка". Конкурс проводился кафедрой мировой литературы и культуры РАУ совместно с проектом Apricot Kernel. Из нескольких десятков рассказов по итогам решения жюри в шорт-лист конкурса были отобраны и опубликованы 14 произведений

 

ВЕНЕРА АВЕТИСЯН. "ВИГЕН"

Виген расправил широкие плечи, потому что это сильное вступление. Он не мог расправить их в середине рассказа и даже ближе к концу.

 Из цикла "Южная Армения". Фото Петра Ловыгина. http://frameway.club

Из цикла "Южная Армения". Фото Петра Ловыгина. http://frameway.club

– Да, это типичный Виген, – сказали бы его друзья, будь они у него. А он бы улыбнулся, слегка прикусывая нижнюю губу.

Но друзей у него не было. И губу кусать не пришлось. Виген не расстраивался: он привык к неприкусанной нижней губе. Тем более, в тот день все должно было измениться: он получил девятого кролика. Девятый кролик на районе, где жил Виген, означал встречу с антропессой. Виген не знал, что с ним делать. У его соседа в прошлом году был девятый кролик, и после этого никто его не видел. Конечно, они были незнакомы, но все же. Виген нервничал. У него никогда не было своей антропессы, и он не знал, почему их так называют. Если бы сосед не исчез, он, наверняка, рассказал бы об этих загадочных существах, к встрече с которыми они готовились со дня рождения. «Антропессы» или «пессы», как их коротко звали бы Виген и сосед за шахматной партией. Виген играл бы белыми, потому что сосед бы предпочел черные, будучи крайне политкорректным, как узнал бы впоследствии Виген.

Соседа бы звали Сос, потому что Виген увлекался “Фантастической этимологией”.

– Сос, может пивка? – звучало круто.

– Гони.

И Виген мысленно пошел к холодильнику.

Всего кроликов было двенадцать, и это всегда казалось Вигену банальным. Он верил в существование тринадцатого кролика, чтобы выделяться на фоне своих друзей, когда те у него появятся. Девятый же приходил не к каждому. Те, к кому он приходил, незаметно исчезали, оставляя свои комнаты, квартиры, дома и даже виллы. Вигену оставлять было нечего: он уже год жил в белом жигули, занавешенном скатертью от журнального столика. Поэтому девятый кролик вызвал у него недоверчивый трепет.

 Из цикла "Южная Армения". Фото Петра Ловыгина. frameway.club

Из цикла "Южная Армения". Фото Петра Ловыгина. frameway.club

У Вигена была музыка, кофе и недоверчивый трепет, вызванный девятым кроликом. Как он мог исчезнуть, если не было никого, кто бы отметил его отсутствие? Поэтому Виген лелеял надежду доказать, что все эти поверия с кроликами – абсолютная выдумка. Он готов был отказаться даже от тринадцатого, если бы тот реально существовал.

– Какая антропесса придет сюда? – думал Виген. – И зачем она мне?

Он слышал, что антропессам для выживания нужны определенные условия. Он их боялся. Он хотел черный кофе и йестердей. Он не хотел антропессу и сегодня. Виген бы объяснил это девятому кролику, если бы тот умел слушать. Но кролик был абсолютно девятым, и Виген интуитивно понимал, что слушать его не будут.

– Почему ты живешь в белом жигули, занавешенном скатертью от журнального столика? – спросил антропесский голос в самый неожиданный для Вигена момент.

Виген раньше не задумывался над этим.

– Просто живу и все, – недовольно ответил он, – а ты почему уселась на Байрона? (Виген так называл пассажирское кресло, которое хромало.)

– Потому что я твоя антропесса.

– Я тебя не звал.

Антропесса звонко рассмеялась, и Вигена это задело.

Он стал рассматривать свою антропессу и нашел ее давольно привлекательной. Однако было бы глупо исчезнуть из-за этого.

– В прошлом году, – начал он, – у Соса был девятый кролик. После этого он исчез.

– Твой сосед не исчез. Он живет там же, где обычно, – сказала антропесса со снисхождением. Затем она достала из сумки книгу с суперобложкой и названием «Как не спугнуть антропоса». Она кое-что отметила карандашом.

– Откуда ты знаешь? – задал Виген самый банальный вопрос, и ему впервые стало неловко.

– Оттуда. У тебя есть кофе?

У Вигена был кофе, джезве и песок, на котором можно было его сварить.

– Это слишком долго, – сказала антропесса и достала из сумки кофесамоварку. – И  долго ты тут живешь?

– Год. И переезжать, а тем более – исчезнуть,  не собираюсь.

– На, попробуй кофе из кофесамоварки.

– Не хочу. Я специально тут живу, чтобы варить кофе на песке. Тут солнце хорошо ловит.

Антропесса молча достала из сумки книгу с названием «Как не спугнуть антропоса и не испугаться самой». Она опять кое-что отметила.

– Ну так, что с Сосом? – спросил Виген

– С каким еще Сосом?

– Мой сосед. Он исчез.

– Его зовут не Сос, начитался «Фантастической этимологии», тоже мне. И он никугда не исчез.

Это было уже слишком. Мало того, что она уселась на Байрона и пила извращенно сваренный кофе, еще и назвала Соса черт знает как.

– Он был моим другом, мы играли с ним в шахматы, – жалко произнес Виген.

– У тебя нет друзей. Вон, даже нижняя губа неприкусана.

– Это потому, что я не улыбаюсь.

– Ты не улыбаешься, потому что у тебя нет друзей.

– Хватит. Замолчи. Ты не моя антропесса.

– Очень даже твоя.

– Чем докажешь?

– Тем, что я здесь.

– Почему ты здесь?

– Потому.

– Слезай с Байрона и проваливай.

– Не подумаю.

– Я не хочу антропессу, – попробовал терпеливо объяснить Виген, – я прекрасно живу в своем белом жигули, занавешенном скатертью от журнального столика.

– Ты живешь в своем белом жигули, потому что у тебя бензин закончился.

Такого поворота Виген никак не ожидал. Бывало, конечно, что он задумывался над жилищным вопросом, но все всегда сводилось к подорожанию бензина, а не к его отсутствию.

– Я живу здесь потому, что тут солнце хорошо ловит.

– Тогда заводи мотор.

– Ты хочешь, чтобы я исчез. Это ваши антропесские штучки.

– Ты не исчезнешь, ты очутишься дома, если у тебя есть бензин. И, кстати, сможешь увидеть своего соседа наконец. Его, кажется, Сосом зовут?

Виген завис. Чего добивается его антропесса? Сначала они появляются, убеждают, что Сос – вовсе не Сос, и даже если Сос, то не у тебя. Затем обещают встречу с ним. Что им нужно?

– Я не покину солнце. Я всегда пью кофе, сваренный на песке.

Антропесса улыбнулась и с головой ушла в сумку. Вернулась она с огромной штукой, у которой на упаковке было написано «Соларэнерджи». Антропесса высунула солнечную батаерею из окна, и песок в жигулях стал греться, готовый сварить самый черный кофе.

Виген порылся в своем сознании, пытаясь отыскать соответствующую реакцию на это, но не нашел.

Чтобы как-то среагировать, он завел мотор. Антропесса поспешила достать из сумочки канистру бензина. Виген не смутился: он уже привык к антропесским замашкам и даже как-то прикипел к ним. Он еще раз посмотел на свою антропессу и еще раз нашел ее довольно привлекательной. Было бы глупо не исчезнуть с ней. Виген хотел расправить широкие плечи, но вспомнил, что делал это вначале.

– Это было сильное вступление, – подумал Виген и улыбнулся, слегка покусывая нижнюю губу.

Венера Аветисян. Рассказ "Виген"