Лидия Дурново и ее история средневековой армянской живописи

Лидия Дурново и ее история средневековой армянской живописи

Дурново Лидия Александровна — искусствовед, заслуженный деятель искусств Армянской ССР, выдающийся деятель в области копирования древнерусской живописи, сотрудник Музея изобразительных искусств Армении.

 Мартирос Сарьян. Портрет искусствоведа Лидии Дурново, 1958

Мартирос Сарьян. Портрет искусствоведа Лидии Дурново, 1958

Жизнь и деятельность Лидии Дурново являются примером необыкновенной судьбы и феноменальных поступков. Имя Дурново, всецело посвятившей себя служению науке, широко известно среди исследователей средневековья всего мира. Ее работы в области армянского средневекового искусства, включая систематизацию явлений, создание обозримой и понятной картины его художественного развития, безукоризненную точность оценок считаются классическими для сферы арменистики.  

 

Лидия Александровна родилась в 1885 году в имении своих родителей под Смоленском. В 1901 году окончила Орловскую гимназию, в 1901–1903 гг. училась в частной рисовальной школе в Смоленске, а с 1903 года в Рисовальной школе барона Штиглица (Санкт-Петербург).

Жила она в Ленинграде, и ее не миновали сталинские репрессии. 10 октября 1933 года Дурново была арестована по делу «Российской национальной партии» и решением ОГПУ приговорена к трем годам исправительно-трудовых лагерей с заменой на ссылку в город Тобольск Обско-Иртышской области. Она обвинялась в том, что «являлась активным участником контрреволюционной фашистской организации» (ст. 58-11 УК РСФСР). Освободившись из ссылки 3 ноября 1936 года, уехала в Калугу, затем в Армению, где занялась изучением древнеармянской живописи. Тем временем в Ереване вернувшийся из Ленинграда по совету А. Таманяна и М. Сарьяна искусствовед Рубен Дрампян возглавил Государственный музей изобразительного искусства. В музее создавался отдел средневекового искусства, налаживалась научная работа, для систематического копирования памятников было необходимо обучить копировальному искусству творческую молодежь. За годы совместной работы в Русском музее Р. Дрампян оценил профессионализм Л. Дурново и, узнав, что она согласна переехать в Ереван, послал ей приглашение.

В 1936–1951 гг. провела огромную работу по изучению и копированию средневековых армянских фресок и миниатюр. До 1952 года Лидия Александровна проводила свои исследования и публиковалась под псевдонимом «Дурнова», стремясь не привлекать внимания к своей аристократической фамилии. В 1950-е завоевала репутацию авторитетнейшего специалиста в изучаемой области. Реабилитирована в 1956 году.

Высшее образование Лидия Александровна получила в Академии художеств и в Зубовском Институте истории искусств. В 1918 году она основала копировальную мастерскую в Институте и привлекла к штатной и внештатной работе более двадцати художниц, задачей которых была научно поставленная техника воспроизведения фресок из древнерусских храмов. Мастерская Дурново копировала фрески в Новгороде, Киеве, Чернигове, Ярославле, Старой Ладоге, в Кирилло-Белозерском и Ферапонтовом монастырях.

 Торос Рослин. «Благовещение». Миниатюра XIII века, Киликия

Торос Рослин. «Благовещение». Миниатюра XIII века, Киликия

В 1937 году переехала из Ленинграда в Ереван, где также занималась копированием древних армянских фресок и миниатюр. Лидия Александровна была человеком, заложившим основы научного исследования армянской фресковой живописи. Она создала группу молодых людей, обучила их сложному ремеслу копиистов и реставраторов (первыми были Е. Хачатрян и В. Багдасарян), для многих из которых средневековое искусство стало профессией. Открытие и исследование неизвестных прежде памятников монументальной живописи в Армении явились бесценным вкладом Л. А. Дурново в арменистику.

Обнаружение фресок VII века в Лмбате и Аруче, открытие татевских фресок, анализ их композиций — результат титанической научной работы Лидии Дурново. Рассказывают, что во время работы в Татевском монастыре зимой она тяжело заболела, но не прекращала работу на лесах, так как памятнику грозило уничтожение.

В 1954–1955 гг. Дурново провела реставрацию стенной живописи святыни армянской церкви — Эчмиадзинского кафедрального собора. И снова труд, предпринятый для обоснования ее метода реставрации и копирования, проверенный на высоком научном и профессиональном уровне, нашел широчайший общественный отклик и, можно сказать, общенациональную оценку.

С 1955 года Лидия Александровна переходит работать в Институт искусств Академии наук Армянской ССР. Здесь проходят последние восемь лет ее жизни. Руководство института во главе с Р.В. Заряном делало все, чтобы она могла спокойно и углубленно работать, чтобы сумела как можно больше написать.

Дурново223.jpg

В 1957 году выходит в свет вторая книга Дурново «Краткая история древнеармянской живописи», работа, подытоживающая исследования в этой области и приобретшая, без всяких преувеличений, силу учебника.

В Институте искусств Лидия Александровна работала и над другими темами: она готовила публикацию, посвященную татевской школе миниатюры и вообще Татевскому монастырю как очагу средневековой культуры, накапливала и постепенно систематизировала материал для альбома, посвященного армянскому орнаменту, работала над темой «Хачкары», над созданием творческого портрета киликийского миниатюриста XIII века Тороса Рослина.

Ниже представляем отрывок из «Краткой истории древнеармянской живописи» Л.А. Дурново:

«Армянский народ вырастил крепкое национально-своеобразное многоветвистое дерево своего искусства.

Художественная культура древней Армении оставила обильное наследство, несмотря на то что условия создания и бытования ее памятников были сложны и весьма неблагоприятны.

Географическое положение Армении и ее историческая обстановка в древности мало способствовали сохранению этих памятников. Армянское нагорье, расположенное между двумя могущественными государствами Римской, впоследствии Византийской империей, и Персидской монархией, всегда являлось местом военных столкновений этих двух постоянно соперничавших и враждовавших между собой соседей Армении.

Кроме того, в силу того же положения Армении эти соседи всегда стремились использовать ее в качестве союзницы или иметь как свою провинцию. Подобные покушения вызвали стойкое сопротивление армянского народа и сопровождались опять-таки военными действиями с их последствиями.

49515559948048noisbn.jpg

В периоды владычества арабов и завоевателей из Средней и Центральной Азии (сельджуков, хорезмийцев, монголов), под давлением которых и Византия, и Персия утратили свое господствующее политическое значение, положение Армении изменилось только к худшему, так как действия новых завоевателей приводили ко все нараставшему экономическому и культурному упадку. Непродолжительные периоды политической самостоятельности Армении сменялись длительной зависимостью от тех или других завоевателей.

В таких условиях армянский народ особенно энергично отстаивал и сохранял самобытность своей культуры. Возможно, что именно эта необходимость сопротивления послужила в достаточной степени основанием тому, что армянские мастера наряду с созданием и выдвижением в своих произведениях новых принципов и форм не забывали и постепенно воплощали многие как бы отжившие представления и образы пройденных этапов своей культуры. Так удерживалось и закреплялось свое новое на своем старом, что отразилось в многообразии художественных приемов в различных районах на такой сравнительно небольшой территории, как Армения.

Это, однако, не значит, что все происходившее в окружавшем Армению мире было чуждым ей и враждебно неприемлемым, обычно никакой народ никогда не остается равнодушным к художественной культуре других народов, с которыми ему тем или иным путем приходится соприкасаться. Он заимствует из этих культур то, что ему созвучно, и перерабатывает на основе собственных эстетических навыков и запросов, широко открывая сокровищницу своей культуры для окружающих.

В хаосе исторических событий и культурных наплывов многочисленных народов армянский народ вырастил крепкое, национально-своеобразное, многоветвистое дерево своего искусства, самобытность которого глубоко коренилась и питалась соками той земли, которая, несмотря на все превратности, осталась почвой армянского народа.

Вот почему древние памятники искусства, несмотря на многочисленные утраты, сохранились до нашего времени в значительном количестве и иногда в такой преемственной последовательности, которая указывает на распространение и высокое развитие художественного творчества у армянского народа издавна».

Источники:

1. Биобиблиографический словарь репрессированных востоковедов жертв политического террора в советский период (1917–1991) «Люди и судьбы», memory.pvost.org/pages/index2.html;  

2. Дурново Л.А., Очерки изобразительного искусства средневековой Армении, 1979 г.;

3. Раиса Амирбекян, Лидия Дурново: силa и обаяние древа жизни.

 

Сочинения:

Краткая история древнеармянской живописи. Ереван: Айпетрат, 1957. 58 с., 13 л. ил.

Очерки изобразительного искусства средневековой Армении. М.: Искусство, 1979. 331 с.

Соч.: (Дурнова Л. А.) Портретные изображения на первом заглавном листе Чашоца 1288 г. ‖ ИАН АрмССР. Общ. науки. 1946. № 4 С. 63-69;

Стенная живопись в Аруче (Талиш) ‖ Там же. 1952. № 1. С. 49-66;

Древнеармянская миниатюра: Альбом. Ереван, 1952 (ввод. ст. "Книжная живопись древней Армении", "Объяснения к таблицам");

Армянская набойка. М., 1953; Краткая история древнеармянской живописи. Ереван, 1957;

Очерки изобразительного искусства средневековой Армении. М., 1979.

Лидия Дурново и ее история средневековой армянской живописи