Русский брат приходит и уходит…

Русский брат приходит и уходит…

2010 год... Мы сидим с фотографом Мхитаром, по-русски Мишей, в самом центре столицы Нагорно-Карабахской Республики, на террасе гостиницы «Армения». Только что рядом играл духовой оркестр, по радио с утра непрерывно крутят знаменитую композицию «Арцах».

2 сентября весь Степанакерт струйками стекался к мемориалу памяти погибших на Карабахской войне 1992-1994 годов. Девятнадцатая годовщина независимости…

Мхитар вспоминает, как в день, когда в Москве грянул путч, его чуть не убили – российские самолеты открыли огонь по нему и двум французам, с которыми он работал. Когда шли, французы все время грызлись, но после того, как налет закончился, стали плакать и целовать друг друга.

Нас, гостей фестиваля армянской культуры «Карот», в сентябре 201го в Нагорном Карабахе было много. Здесь был Бедрос Киркоров, и скульптор Григорий Потоцкий, открывший у школы имени Комитаса символ доброты «Одуванчик», музыканты из Молдавии, Венесуэлы, Индии… К мемориалу шли, конечно, не все. Сначала открылся митинг. Люди стояли вперемешку: милиция рядом с бабушками и их внуками, офицеры, герои тех дней, женщины с грудными младенцами на руках, ветераны Великой Отечественной с иконостасами из орденов. Не удивительно, веками здесь умели воевать, и на войну из Карабаха уходило более трети населения, а погибал каждый седьмой-восьмой…

Потом девушки в национальных костюмах давали нам гвоздики, и мы спускались на кладбище: никто не плакал, не причитал. Молчание стояло удушающее, только из рупоров доносилась траурная музыка, и красивый старик играл на скрипке у могил, на которых виднелись портреты двух молодых ребят. Потом открывали памятник летчику Нельсону Степаняну, единственному в Закавказье дважды Герою Советского Союза.

 

Это была моя вторая поездка в Нагорный Карабах. Впервые попала на эту землю в июне того же 2010 го,  в рамках выездной сессии клуба «Друзья Арцаха». Мы знакомились со здешней интеллигенцией, ездили в средневековый монастырь Гандзасар. Тогда после крещения маленького Марка вдруг хлынул дождь, как будто пахнущий ягодами тутовника и медом.

Все русские, приезжающие в Карабах, в Арцах, как говорят армяне, на виду. После того, как без продолжения был  заложен камень православного храма Покрова Божьей Матери при поддержке Русской Православной Церкви, люди стали с новой силой верить, что русские сюда вернутся. Гостями, учителями, миротворцами, в общем, гарантами стабильности. От нас уже отвернулись почти все «братья славяне», но тут, на последнем христианском форпосте, продолжают надеяться. Ближайших мы потеряли, остались пророссийская часть обществ  Сербии и Болгарии.

АРЦАХ 4.jpg

........

Вот и сейчас мимо меня прошли и президент Нагорно-Карабахской Республики Бако Саакович Саакян и архиепископ владыка Паргев, оба узнали, слегка задержавшись, чтобы поздороваться. Удивительное дело - армяне Карабаха любят русский язык и нашу поэзию, читают московскую прессу, а мы-то мало что знаем о том, как здесь живут, и почему арцахцам так нужна наша поддержка.

Между тем, это они пригласили первыми на Кавказ русских. В 2013 году будет отмечаться 200-летие Гюлистанского договора. И все мы дружно вспомним, что именно на карабахской земле установился «вечный мир, дружба и доброе согласие между Его Императорским Величеством Самодержцем Всероссийским и Его Величеством Шахом Персидским».

Погромы, грабежи, зверства сопровождают долгую армянскую историю, а что больнее всего – новейшую историю, когда без конца совершенствуется международное право. Журналист-международник Арсен Мелик-Шахназаров большую часть своей книги «Нагорный Карабах. Факты против лжи» посвящает вековому процессу «тюркизации» исконной армянской земли. И процессу освобождения. Ведь закон физики «сила действия рождает противодействия» никогда не отменится.

Другое дело, зло всегда более мобильно и целенаправленно. А добро по привычке подставляет щеку. Даже ЮНЕСКО не пикнуло, когда уже в нулевые годы в нахичеванской Джуге уничтожали армянское кладбище, переформатировав его под военный полигон.

По официальным статистическим данным русского правительства, опубликованным до начала Первой Мировой войны, армян в Нагорном Карабахе насчитывалось в круглых цифрах 280 000 человек, а татар и других народностей с мусульманским вероисповеданием – 75 000. Разумеется, советизация, административное подчинение населенных пунктов соседним азербайджанским районам не прошло даром.

Только сейчас появляются сведения о том, как в советское время армян выдавливали отсюда и экономически: платя им меньше, отнимая лучшие пахотные земли, оторвав Лачинский коридор, связывавший Карабах с материнской Арменией. И угоняя после Великой Отечественной войны работать на бакинские заводы, поднимать колхозы кочевников, ведь на земле не умели работать. Для того, чтобы снова куда-нибудь мобилизовать, угнать, отнять. Самое трудное в жизни – не добрым быть, а благодарным.

Сам факт того, что азербайджанцы хоронили своих не здесь, а в Агдаме, проясняет дело. Чужая, не святая для них это была земля, приписанная лишь потому, что большевикам сначала нужно было осоветить Азербайджан по известной причине, а потом уж задним числом Армению. Тогда и родилось у Черчилля изречение: «Азербайджанская нефть была дороже армянской крови».

Диаспора по всему миру борется за признание Геноцида. Полтора миллиона – цифра огромная, но и она неточна. В конце XIX века армяне уничтожались сотнями тысяч, да не только они: греки, болгары… А потом еще и курды, вчерашние подельники в Айдате - Армянском вопросе.

Чего стоит март 1920 года, когда в ходе резни азербайджанскими аскерами было убито почти 400 человек,  и это только в одном квартале Шуши!

Осип Мандельштам, побывавший в Шуши в 1930 году, был потрясен видом истерзанных развалин большей части города – «сорок тысяч мертвых окон». Жена поэта Надежда Яковлевна позже писала в своих воспоминаниях, что у Мандельштама создалось впечатление, «будто мусульмане на рынке – это остатки тех убийц, которые с десяток лет назад разгромили город, только впрок им это не пошло: восточная нищета, чудовищные отрепья, гнойные болячки на лицах».

Расширили ли тогда азербайджанцы свое «жизненное пространство», уничтожив всю культурную инфраструктуру, превратив храмы и церкви в объекты бытового назначения, пусть сегодня ответят на этот вопрос сами. Можно ли считать своей землю, которая разравнивается танками, горит, наполняется запахом человеческого мяса? Шуши оставалась скелетом вплоть до 60-х годов, когда армяне в который раз стали отстраивать цветущий когда-то город.

И сегодняшний день – обычный, ничем не отличающийся. Хотя зло, как вселенная, имеет свойство расширяться. Приведем пример 6-летней давности. По данным Армии Обороны Нагорно-Карабахской Республики лишь в апреле 2011 года азербайджанская сторона более 950 раз нарушила режим прекращения огня. Из оружия разного калибра было сделано 6500 выстрелов. Азербайджан кроме своих сил регулярно использует на первой линии иностранных снайперов, которым хорошо платит за работу. Все это происходит на фоне нарастания политической нестабильности, массового обнищания, репрессий против инакомыслия и даже составлением «черных списков» на своих же, азербайджанцев, осмеливающихся аплодировать выступлению армянских танцевальных ансамблей в Нижнем Новгороде.

Отголоски этой политики мы слышим и у нас в Москве. В своей публикации в армянской газете «Ноев Ковчег» «Убийство на детской площадке» в сентябре 2010 года я писала про убийство в московской школе. Средь бела дня после уроков был забит десятиклассник Эдик Маркарян девятиклассником, азербайджанцем Мамедовым, занимающимся боевыми искусствами. В драке получили колото-резаные ранения и русские ребята, друзья Эдика. Мамедов бил не в состоянии аффекта, картинно сняв с себя рубашку (ведь дружок – узбек Бахтияр - снимал происходящее на камеру мобильного телефона), он профессионально наносил удары ногами, руками. Через три дня после убийства оба Мамедова повстречались адвокату. Он даже не сразу понял, что это были они. Легкий непринужденный тон разговора, смех в коридорах следственного комитета. Дело это не завершено. Мамедов и не прекращал посещать школу. Недавно была назначена повторная судебно-медицинская экспертиза.

После ухода Юрия Лужкова азербайджанцы «прощупали» нового мэра: во время курбан-байрама резали баранов возле столичных школ. Наверное, чтобы и мы привыкали. Почему молчат в такие минуты представители крупнейшей диаспоры – не ясно. Им нужна такая самоидентификация?

Дали армянам очередную пощечину 16 марта 2011 года  в Москве в 90-летнюю годовщину подписания Московского договора о дружбе и братстве между советской Россией и кемалистской Турцией российский президент подарил турецкому премьеру снимок, запечатлевший момент урезывания армянских земель в пользу Турции и Азербайджана.

Беседовала как-то с одним здравомыслящим азербайджанским журналистом. С тем, у кого есть друзья среди армян и, конечно, русских. Он подтвердил мои опасения: все эти выезды в Красной Поляне на сноубордах никогда не сдвинут карабахское дело. России не нужен мир между Азербайджаном и Арменией.

Итак, новый старый виток?

Валерия Олюнина

Русский брат приходит и уходит…