Гоар Маркосян-Каспер: «Родилась я чёрной пантерой»

Гоар Маркосян-Каспер: «Родилась я чёрной пантерой»
ГОАР.jpg

Армянский музей Москвы в литературной рубрике предлагает вам прочитать стихи Гоар Маркосян-Каспер (Армения - Эстония) из цикла "Родилась я черной пантерой" (1968-1973)

Чтения в память Гоар пройдут в Таллинском университете 16 марта в аудитории S-238 Начало в 14 часов.

Гоар Маркосян-Каспер - постоянный автор журнала "Звезда".
Рождена в Армении, жила в Таллинне, писала на русском языке - и реалистическую, и фантастическую прозу. Замечательно переводила с эстонского. 
Пара - Гоар Маркосян и её муж, эстонский писатель Калле Каспер - была воплощением культурного взаимообогащения. Калле Каспер даже написал роман от лица армянина (а Гоар перевела его на русский язык).

СТРАННЫЙ ДЕНЬ

День как день –

Ни зимний, ни весенний.

Тоской чуть забрызганный осенней.

День как день –

Ни светлый и не темный.

Отчаяньем слегка посеребренный.

День как день – ни радостный, ни грустный.

Безразлично снег похрустывал.

Шла куда-то.

Близко, на край света.

Шла куда-то.

Далеко, к соседу.

1968

 

 Люблю тебя – Еще тебя не знаю. Люблю тебя – Лишь в сновидениях догадываясь, кто ты. Творю тебя. Себя опустошая, В твою симфонию дописываю ноты.

Люблю тебя – Еще тебя не знаю. Люблю тебя – Лишь в сновидениях догадываясь, кто ты. Творю тебя. Себя опустошая, В твою симфонию дописываю ноты.

ФИЕСТА

1

Фиеста!

Фиеста льется цветным потоком

Платьев желтых, сиреневых, красных.

Косит солнце оранжевым оком

С сине-белого неба.

Напрасно

Облака с ним вступают в бой.

Затопил медно-красный зной

Сады, дворцы, дороги…

Фиеста!

Фиеста льется цветным потоком.

Прорвалось, потекло, понеслось

Опаляющей гибкостью плясок.

Лица в черной оправе волос

Собраньем трагических масок

Развешены как попало

На бледной поверхности дня…

Кармен, когда ты полюбишь меня?

Ни-ког-да.

Мостовая,

Как свежая кровь быка, горяча.

Вдоль мостовой, земли не касаясь,

Летит Кармен.

Соскользнула с плеча

Алая шаль, ликующим пламенем

Окутала грудь.

Рот словно рана ножевая.

Невыносимо живая,

Летит Кармен, замыкая круг.

«Дар твой –

любви нечаянность

И неизбежность измен –

9

Крест мой.

Я весь –

отчаянье.

Кармен!

Сжалься, Кармен!

Воротись, Кармен – или…»

Фиеста бег прервала истовый…

Растревоженное монисто

Прозвенело… раззвонило…

Хозе, никто не вспомнит

твоих слов,

но сверкание стали

останется,

останутся

несломленно

припавшие к багровой заплате

на алой ткани

бескровные пальцы

и понимание

в гаснувшем взгляде…

Миг неподвижности…

Кармен, беги!

Б е г и ж е…

Фиеста со стоном

Распалась на лица – на страх и восторг…

И снова в стекающий по облакам

Рванулась закат.

2

…О Кармен!…

Полжизни назад,

Безумствуя в танце алом,

Кармен надо мною витала –

10

Лукавая прядь из-под белой косынки,

Из-под колких ресниц взгляд

Насмешливым откровением…

Рассыпавшись

Горстью червоного золота

Из тарелки луны, расколотой

Тенью засохших ветвей,

По неба черной мантильи

Крупные звезды катились…

Присев на тюк с контрабандой,

Небрежно раскинув карты,

Начинала Кармен ворожбу…

Завитки я лепила на лбу,

Безнадежно завидуя каре

Ее и награде…

И мечтала, мечтала –

До боли, до дрожи –

И меня пусть полюбят –

так,

Что другому отдать невозможно…

На исходе безлунной ночи

Безжалостный обожатель

Перечеркнет одим росчерком

Сияющего ножа

Свое торопливое счастье…

Презрев небезраздельность,

Отрекаясь от преходящего,

Навеки желанное тело

Черных волос покрывалом

Прикроет

И крик серебряный

Швырнет в обваливающееся

Небо…

Что Кармен?

Снова и снова

11

Недолюбленные любови

Песенками недопетыми –

До отвращенья несложными…

Я – другая.

Наверно, поэтому

На полпути к ножнам

Рука твоя вдруг замрет,

Мой Хозе…

Напрасно!

Ведь не только в верности –

В страсти

Я ей дам сто очков вперед…

Закрываю глаза.

Слабая

От волненья.

Невнятно дрожа,

Вижу, как капает, капает

Моя кровь

С твоего ножа.

1972

ИЗ ДЕТСТВА

Есть берег один.

Сине-серое море

Ласкает его осторожной волной…

Внезапно поверив, что только покорность

Приносит покой…

Но не забывший бури прежние

Лукавый валун прячет в холмик песчаный

Острый излом…

А от печально

Пустого причала

По откосу пологому

Молчаливые сосны на ветках бережных

Томное небо несут…

В добром и мудром

удивительном том лесу

Взрастает дух всепричастности.

Сочится тихое счастье

Из незаметных пробоин

В шершавой шкуре Земли.

Под рыжим, в солнечных бликах

Одеялом из хвои

Спят тоненькие тропинки…

А на пляже,

прижавшись к зонтам выгоревшим,

Не отваживаясь выползти

На истомленный зноем песок,

Дожидается тень терпеливая

Часа, когда закат зардеется,

И по теплой молочной воде

Потечет переливчатый солнечный сок…

Есть берег один…

Но где этот берег?…

Затерян во времени он ином…

Иногда просматриваясь в акварелях

Цветных

снов.

1972

РОДИЛАСЬ Я ЧЁРНОЙ ПАНТЕРОЙ

Родилась я черной пантерой –

Необузданной, быстрой, гибкой.

А живу я не мясом –

верой,

Не кровью –

надеждой зыбкой.

Родилась я черной пантерой –

А в миру я слыву котенком.

Упрямо солнце незрячее

Свой сияющий лик отворачивает

От моего.

А в потемках

Все кошачие серы.

Родилась я черной пантерой.

Глазом зеленым сверкаю,

Спину дугой выгибая.

Но друзей-леопардов стая,

Меня не признав,

убегает.

1973

Гоар Маркосян-Каспер: «Родилась я чёрной пантерой»