О выставке «Культура памяти: между прошлым и настоящим»
В Армянском музее Москвы проходит выставка «Культура памяти: между прошлым и настоящим», посвящённая Геноциду армян.
Рассказываем о ней для тех, кто не сможет увидеть экспозицию лично — и пытаемся передать её логику и внутреннее движение.
Выставка «Культура памяти: между прошлым и настоящим» посвящена Геноциду армян и рассматривает память не только как форму сохранения прошлого, но и как живой процесс, продолжающийся в настоящем.
Экспозиция выстроена как движение от исторического артефакта к личному переживанию. Первая часть обращается к хронологии событий, документам и архивным материалам, предоставленным Музеем-институтом Геноцида армян (Ереван), и позволяет представить масштаб трагедии.
Во второй части внимание смещается с факта на опыт. История Геноцида раскрывается через семейные истории и фотографии потомков выживших. Эти свидетельства собирались музеем на протяжении нескольких лет.
Экспозиция дополнена работами молодых художников, обращающихся к теме армянской идентичности. Их произведения не объединены единым стилем: разнообразие художественных языков подчёркивает множественность способов работы с памятью — от бытовых и культурных сюжетов до более абстрактных размышлений о времени и принадлежности.
Таким образом, выставка соединяет разные формы существования памяти — документ, личное свидетельство и художественный образ.
В экспозиции представлены работы Моники Аветисян, Лусинэ Татевосян, Михаила Псюрникова, Марьям Тамразян и Риммы Матевосян.
Документ
Первая часть выставки обращается к историческому материалу — документам, архивным свидетельствам и хронологии событий, позволяющим увидеть масштаб трагедии. Этот раздел выстроен как последовательное погружение в контекст: от положения армян в Османской империи в конце XIX века к событиям 1915 года и их последствиям.
Экспозиция отсылает к выставочному проекту музея «Раны памяти: Геноцид армян в словах и образах» (2025), в рамках которого были представлены ключевые документы и свидетельства эпохи. В основе экспозиции — хроника нарастающего насилия: дискриминация, преследования, депортации, массовые убийства, насильственная ассимиляция и уничтожение культурного наследия.
Личное свидетельство
Во этой части выставки память перестаёт быть только историческим фактом и становится личным опытом — переданным через семейные истории. Эти свидетельства собирались музеем и его авторами в разные годы и публиковались на сайте музея, складываясь в живую, многоголосую хронику, где за общим трагическим контекстом проступают судьбы отдельных людей. Вот некоторые из них.
История семьи Маркарян
Семья Маркарян — Маркар, Азнив и их дочь Лусик — была среди тех, кто пережил Геноцид армян и покинул родной Трапезунд. Об их судьбе рассказала внучка Лусик, Людмила Пурпуриди-Ахобадзе. Из Османской империи их переправили пароходом в Крым, в Симферополь. В 1920-е годы многие армяне переезжали в Батуми, надеясь со временем вернуться в свои дома, однако после закрытия границ в 1921 году эта возможность исчезла, и семья осталась там. Лусик вышла замуж за Акопа Баликяна, уроженца иранского Хоя. Его родители уехали в Иран, оставив в Батуми пожилую мать с двумя сыновьями, рассчитывая вернуться за ними, но границы так и не открылись.
История семьи Романа Рубана
Прадед Романа Рубана, Гайк Акопян, родился в 1927 году на борту парохода, следовавшего в СССР. До этого его семья жила в Константинополе и, несмотря на события 1915 года, осталась там, выжив, по словам родных, чудом. Чтобы продолжать жить в Турции, им пришлось менять веру, имена и фамилии. В 1927 году отец семьи принял решение эмигрировать в СССР, тогда как его братья разъехались по Франции и Аргентине; их дальнейшая судьба осталась неизвестной. Семья обосновалась в Сочи. Во время Великой Отечественной войны погиб старший брат Гайка — Нубар Акопян. В 1945 году Гайк был призван в армию, служил моряком в Севастополе, а после демобилизации вернулся в Сочи, где создал семью. Его дочь Хасмик Акопян стала бабушкой Романа.
История семьи Роберта Манукяна
Прадед Роберта Манукяна по отцовской линии, Саркис Восканян, родился в 1898 году в Эрзуруме. В 1915 году, во время мобилизации армянской молодёжи, он спасся, спрятавшись в яме. Девушка по имени Осанна заметила это и хотела сообщить охранникам, но её отговорили. Позже, когда начались массовые убийства, Саркис с братьями и сёстрами, потеряв родителей, бежал в Кахетию. Туда же добралась и Осанна. Узнав друг друга, они поженились и позже переехали в Тбилиси.
История семьи Габриелян
Историю Елизаветы (Ехсапет) Габриелян рассказала её внучка Наталья. Она родилась в селе Мохраберт у озера Ван и в семь лет стала свидетелем нападений на армянские сёла. Во время бегства семья была разлучена: отец и братья погибли, защищая дом, а сама девочка потерялась. Её спасли сотрудники Американского Красного Креста; особую роль сыграла мисс Филлипс, устроившая Елизавету сначала в приют, а затем в семью в Тифлисе. Там она получила образование и выучила английский язык. В 1927 году она уехала во Францию, где окончила медицинский колледж при Американском госпитале в Париже, а затем, отказавшись остаться за границей, вернулась. В 1931 году Елизавета продолжила образование в Москве и стала врачом. Спустя годы ей удалось найти мать и сестру.
История семьи Галустян
Прабабушка Анаиды Галустян, Анна, родилась в Карсе. К началу трагических событий у неё уже было двое детей. Во время Геноцида её муж был убит, дочь насильно увезена, новорождённый ребёнок погиб в дороге. Сама Анна пережила плен, откуда её спас молодой человек по имени Казар, ставший впоследствии её мужем. Вместе с ним и его детьми она добралась до Тифлиса. Там ей пришлось заново выстраивать жизнь: она вырастила детей, создала дом и сохранила семейные традиции. Позже ей удалось найти дочь, однако их встреча оказалась недолгой — девушка вскоре умерла. Всю жизнь Анна носила на шее медальон, который считался талисманом; лишь на похоронах мужа она открыла его и высыпала на его грудь землю из родного Карса, которую хранила долгие годы.
История семьи Нашанян
Историю семьи художницы Гасмик Нашанян рассказала её племянница Евгения. По отцовской линии дед Гасмик, Агаси Мкртчан, в десять лет стал свидетелем убийства своей семьи на берегу реки Ахурян: на его глазах погибли родители и сёстры. Он смог опознать их по обрывкам одежды и похоронить. Самого Агаси пощадили, взяли в плен и заставили работать с лошадьми. Ему удалось сбежать и добраться до родственников в Гюмри, позже он создал семью и переехал в Армавир. По материнской линии супруги Сетрак и Нигяр Геворкяны бежали из Карса с шестью детьми. В пути, под Владикавказом, от тифа умерли две старшие дочери. Остальные члены семьи добрались до Армавира и обосновались там.
История семьи Асланян
Сирануш родилась в 1908 году в Эрзуруме в семье ювелира. В 1915 году семья пыталась спастись бегством, но из девяти детей выжила только она. Вскоре в Тифлисе умер отец, и Сирануш осталась с матерью. Позже они переехали в Баку, где она создала семью. Во время Второй мировой войны её муж пропал без вести, и она одна воспитывала детей. В конце 1980-х семья вновь была вынуждена бежать из-за армянских погромов и переехала в Ереван, где пережила тяжёлые постсоветские годы. Сирануш прожила 102 года.
История семьи Карена Узуняна
Родные Карена Узуняна происходили из Вана и Эрзурума. Его прабабушка Сара была депортирована в пустыню Дейр-эз-Зор, а её брат погиб в обороне Вана. По отцовской линии дед Карена участвовал в спасении армян. Во время одной из миссий он нашёл родственницу своей жены: потеряв мать, она была спасена местным жителем и осталась с его семьёй, несмотря на возможность вернуться.
История семьи Светланы Микаелян
Оник Микаелян родился в Карсе. В годы Геноцида в его семье были убиты отец и старший брат, а мать с детьми спаслась в Тбилиси. Он не получил образования и стал ремесленником. Во время войны попал в плен, бежал, но после возвращения прошёл через фильтрационные лагеря. Лишь после смерти Сталина семья почувствовала относительное облегчение. Позже он начал учиться. С теплотой вспоминал детство в Карсе, говоря, что арбузы там были такими большими, что ноги не доставали до земли.
Художественный образ
В заключительной части выставки память переходит в пространство художественного высказывания. Работы современных художников не столько иллюстрируют историю, сколько предлагают собственные способы её осмысления — через личный опыт, визуальный язык и индивидуальную оптику. Разнообразие техник и подходов здесь становится принципиальным: память проявляется как множественная и живая, существующая в разных формах и интонациях.
Моника Аветисян
Художница выросла во Владикавказе, где получила художественное образование: окончила художественную школу имени Туганова, затем Владикавказский педагогический колледж и Северо-Осетинский государственный педагогический институт (факультет художественной графики). Работает преимущественно в графике, обращаясь к армянским культурным мотивам — теме веры, истории, традиций и травматического опыта. В её работах линия становится основой выразительности, переходя в орнамент и формируя визуальный язык, связанный с национальной символикой. Живёт и работает во Владикавказе, продолжает обучение в области графического дизайна, участвует в выставках.
Лусинэ Татевосян
Художница работает на пересечении графики, печатных техник и смешанных медиа. Окончила ГИТР имени М.А. Литовчина (факультет мастерства художника мультимедиа). С середины 2010-х годов участвует в выставках и конкурсах в России и за рубежом (в том числе в Италии, на Кипре, в Турции и Белоруссии). Член Московского союза художников (секция «Московский эстамп»), Творческого союза художников России и ряда профессиональных объединений. Работает с широким спектром техник — от карандаша и пастели до офорта, литографии и шелкографии, выстраивая сложные многослойные композиции. Живёт и работает в Москве.
Михаил Псюрников
Живописец, работающий в жанрах пейзажа и натюрморта. Окончил Ростовское художественное училище по специальности «станковая живопись». С 2019 года живёт и работает в Санкт-Петербурге. Пишет преимущественно маслом, значительную часть работ создаёт на пленэре — в городской среде и на природе. В своих произведениях стремится к передаче состояния и ощущения момента: его пейзажи строятся на внимании к свету, времени и тихой повседневной гармонии.
Марьям Тамразян
Детство художницы связано с Арменией. Получила образование в сфере дизайна (Высшая школа экономики, Москва). Работает преимущественно в технике коллажа, обращаясь к архивной фотографии и визуальному наследию армянской культуры. В её работах соединяются личная память, семейные образы и исторические мотивы; сами коллажи она воспринимает как «спрессованные фильмы», в которых разворачивается история утраты, памяти и поиска принадлежности. Визуальный язык художницы сформирован под влиянием армянской и персидской миниатюры, фильмов Сергея Параджанова и восточной поэзии. Живёт и работает в Москве.
Римма Матевосян
Художница и дизайнер, работает с различными материалами. Окончила Российский государственный художественно-промышленный университет имени С.Г. Строганова (кафедра «Художественный металл»). Член Творческого союза художников России и Союза кузнецов России. Основное направление её практики связано с металлом и его сочетанием с другими материалами, однако в последние годы она активно работает с digital-коллажем. В своих проектах обращается к теме природы и традиции, переосмысляя их в современном визуальном языке. Живёт и работает в России.
Выставка «Культура памяти: между прошлым и настоящим» выстраивает пространство, в котором прошлое не остаётся зафиксированным в архиве, а продолжает существовать в личных историях и художественных образах. Документы, свидетельства и произведения искусства здесь не противопоставлены друг другу, а образуют единую систему взгляда на память — как на процесс, в котором история сохраняется, переосмысливается и заново переживается в каждом поколении.
