«Каждый ролик должен быть как небольшая короткометражка»: интервью с Артуром Мхитаряном
Артур Мхитарян пришёл в социальные сети не для того, чтобы стать блогером. Для молодого актёра это способ быть заметным, получать новые роли и постепенно собирать собственную аудиторию. За полгода его блог вырос примерно до 46 тысяч подписчиков, принёс новые предложения и помог получить одну из главных ролей в проекте о Великой Отечественной войне. Параллельно Артур развивает себя как продюсер и готовит следующий этап для возрождённого «АРКАДИЯ-театра». Мы поговорили с ним о том, почему он пока делает почти всё сам, как найти собственный формат в соцсетях, зачем артисту сегодня быть медийным и как рождение ребёнка изменило его отношение к работе.
Артур Мхитарян
— Артур, Вы в довольно молодом возрасте занимаетесь возрождением театра и самостоятельно продвигаете свою карьеру в социальных сетях. Напрашивается формулировка «сам себе продюсер». Как Вы считаете, достаточно ли сегодня одному человеку заниматься развитием своей карьеры, публичного образа и одновременно выполнять функции менеджера и продюсера?
— Конечно, недостаточно. Но на начальном этапе, когда ты только набираешь обороты, особенно если у тебя есть необходимые ресурсы и возможности, грех ими не пользоваться. Мне непросто, и вообще это довольно сложная работа. У меня есть команда, но основную часть задач, связанных с маркетингом, пиаром и рекламой, я всё равно выполняю сам: пишу, монтирую, режиссирую, приезжаю на съёмки и снимаюсь.
Но я понимаю, что это вопрос времени и развития. Постепенно я буду собирать команду. В театре, например, который мы с ребятами развиваем, у меня уже довольно большая команда — порядка 40 человек. Это режиссёры, продюсеры, специалисты по свету, звуку и так далее. На её формирование ушло три года: важно было найти единомышленников, с которыми мы смотрим в одном направлении.
Сложность в том, что частный театр, особенно на начальном этапе, практически работает в ноль, а иногда и в минус. Ребята осознанно выбирают этот путь, понимая, что мы вкладываемся во что-то большее. За три года нам удалось выйти на прибыль и построить своего рода фундамент.
— Какая команда участвует в создании рилсов?
— Здесь я пока практически всё делаю сам. Социальными сетями я занимаюсь всего около полугода. Поэтому пока тяжеловато, но это возможно. Если ты понимаешь, куда и зачем идёшь, постепенно со всем справляешься.
Сценарии мы пишем вместе с моей супругой: придумываем и развиваем идеи. Около половины роликов я снимаю сам, более сложные — вместе с оператором. Домашние видео полностью снимаю самостоятельно.
У нас маленький ребёнок, поэтому съёмки дома иногда превращаются в отдельное приключение: ребёнок может начать плакать или кричать, приходится делать по десять дублей. Это нервная и довольно изматывающая работа. Но есть большая цель, к которой ты стремишься.
В будущем я, конечно, хотел бы найти сценариста, режиссёра монтажа, собрать команду операторов. Но пока сам себе задаю вопрос, готов ли вообще кому-то это доверить. Все идеи пока существуют у меня в голове, и мне сложно представить, что другой человек сможет написать именно так, как я вижу какие-то шутки, иронию или темы, которые хочу подсветить.
Мне несколько раз предлагали сценарные идеи, но я читал их и понимал, что они совсем не совпадают с тем, что у меня в голове. С монтажом ещё сложнее. Все ролики я монтирую сам и пока не могу это кому-то доверить. Если я отдам работу другому человеку, мне, скорее всего, придётся сидеть рядом и контролировать каждую секунду. Проще сделать самому.
Конечно, получается не настолько профессионально, как хотелось бы. Я не владею сложными монтажными программами, поэтому техническая сторона пока тоже не на том уровне, на котором мне хотелось бы. Но лучше делать хотя бы так, чем не делать вообще. Двигаться на том уровне, который тебе доступен сейчас, а дальше постепенно наращивать возможности.
Артур Мхитарян. Фотографии из открытых сетевых источников
— Кстати, о качестве. Ваши видео заметно выделяются на фоне огромного количества быстрого контента, который появляется в социальных сетях, в том числе с использованием нейросетей. Для Вас качество — принципиальный момент? Судя по результату, Вы довольно требовательны к себе и стараетесь выжать из каждого ролика максимум.
— Да, я перфекционист, но стараюсь с этим в себе бороться. Невозможно при стремлении к безупречности выпускать столько роликов, сколько необходимо для роста. Приходится себя где-то притормаживать, потому что всегда кажется, что можно сделать лучше: придумать более интересную шутку, лучше снять, доработать идею.
За этим «можно ещё лучше» скрывается большой противник — он постоянно тебя тормозит и не позволяет сделать следующий шаг. Поэтому я всё время говорю себе: «Напиши хоть как-нибудь. Просто напиши, как ты сейчас думаешь». Дальше всё постепенно собирается — слово за словом.
Сейчас я как раз нахожусь в очень интенсивном ритме. Я снимаюсь в Минеральных водах в одной из главных ролей — это проект о Великой Отечественной войне. И эта работа тоже во многом появилась благодаря блогу. Раньше я выпускал два-три ролика в месяц: больше просто физически не получалось. На сценарий уходит около недели, съёмка занимает день, монтаж — ещё несколько дней. Это очень трудоёмкий процесс. Из-за съёмок до конца декабря меня не будет в Москве, поэтому я понимаю, что эта работа снова приостановится. Пока есть волна роста, мне очень не хочется её терять. Тем более у меня есть цель — к концу года собрать аудиторию в 100 тысяч человек.
Недавно мы снимали один ролик семь-восемь часов. К концу я был совершенно выжат. В какой-то момент, когда ты находишься в такой гонке, даже перестаёшь понимать, зачем всё это делаешь. Я ехал в метро, был уставшим, ещё и немного приболел, и ко мне подошли две девушки: «Здравствуйте, Артур, мы Вас узнали. Мы смотрим Ваш блог, подписаны на Вас, очень ждём новые ролики». Они предложили сфотографироваться.
И для меня это было как будто напоминание о том, зачем я всё это делаю. Я ехал совершенно без сил, а после этой встречи вышел из метро уже с другим настроением. На следующий день проснулся и снова почувствовал мотивацию.
Фотографии Артура Мхитаряна из социальных сетей
Поэтому качество мне, безусловно, важно. Именно из-за стремления всё сделать хорошо я несколько раз пытался начать вести блог — кажется, раз восемь. Я не мог найти свой формат и не хотел делать стандартные видео, построенные только на трендах или внешней эффектности. Мне хотелось, чтобы блог отражал меня как человека и как творца, мой внутренний мир.
Я вообще не люблю делать что-то спустя рукава. Поэтому, когда наконец почувствовал, что нащупываю свой формат, идеи стали приходить легче, а сам я начал чувствовать себя спокойнее и увереннее. И постепенно появился результат: люди стали узнавать меня на съёмочных площадках и на улице.
Хотя 46 тысяч подписчиков, казалось бы, не такая большая цифра, мне удалось попасть именно в ту аудиторию, которая мне нужна, — в людей, связанных с кино и театром. Сейчас я прихожу на съёмочную площадку на несколько дней, и примерно половина людей уже знает меня: подходят, говорят, что подписаны и следят за блогом. Мне очень приятно, что я попал именно в эту точку.
Я много наблюдал за знакомыми артистами и блогерами и на их опыте учился, пока искал свой формат. У многих была цель как можно быстрее набрать аудиторию — за счёт шуток, трендов, коротких роликов, которые хорошо залетают. Но после быстрого роста часто наступает остановка: аудитории становится недостаточно интересно, потому что за контентом не возникает самого человека.
Я никого не хочу учить и не раздаю советов, просто смотрю на этот опыт и делаю свои выводы. Для меня важно, чтобы контент отражал меня как актёра. Потому я позиционирую себя в блоге прежде всего как актёра, а не как блогера.
Фотографии Артура Мхитаряна из социальных сетей
— Какие ещё результаты уже дала Вам эта деятельность? Вы упомянули, что благодаря блогу получили роль. Что ещё изменилось за эти полгода?
— Я уже несколько раз говорил жене, что после решения жениться и рождения ребёнка это, наверное, третье лучшее решение в моей жизни — начать вести блог. За полгода очень многое изменилось: в плане маркетинга, выхода в медиапространство, коллабораций. Со мной хотят сотрудничать разные бренды. В том числе детские, потому что видят в блоге семью и ребёнка. Но я стараюсь не брать слишком много семейных брендов, чтобы не менять своё позиционирование.
И, конечно, появились роли. Стало гораздо больше проб и предложений. До этого я пять лет практически сидел без проб. С блогом меня стали видеть, приглашать, предлагать работу.
Но я всё равно не останавливаюсь. В киноиндустрии важно постоянно быть на виду. Этот канал очень переполнен, и ты не знаешь, в какой момент кто-то увидит тебя и вспомнит о тебе. Даже если просто выложить историю — пожелать всем хорошего дня, — никогда не знаешь, у какого режиссёра или продюсера в этот момент ты всплывёшь в памяти. Я, конечно, до конца не знаю, но, возможно, отчасти благодаря этому у меня получилось с проектом, в котором я сейчас снимаюсь. На мою роль уже был утверждён другой актёр, но в последний момент он выбыл. Причины я не знаю — возможно, не сошлись по графику. Продюсеры искали другого исполнителя, а съёмки проходили в Петербурге, поэтому я не мог приехать на очные пробы. Мне прислали текст, я его выучил и записал самопробу. В тот же вечер мне написали, что меня утверждают.
Для меня это был настоящий шок. Тем более что в одном из первых роликов, которые я снял после актёрской визитки, я поставил себе цель до конца года сыграть одну из главных ролей. Не думал, что это произойдёт настолько быстро. Я очень этому рад и благодарен Богу и судьбе.
Пост Артура Мхитаряна, посвящённый главной роли. Изображения из социальных сетей артиста
— А не боитесь, что однажды придётся оставить блог? Например, у Антона Лапенко карьера пошла в гору, появились новые роли, но его знаменитые персонажи уже довольно давно остаются на паузе.
— Когда я выбирал свой стиль, я вдохновлялся Антоном Лапенко и Ириной Горбачёвой. Это два артиста, которым удалось с помощью блога заявить о себе настолько, что их стали активно снимать в большом кино. Они смогли выстроить именно актёрскую карьеру, а не остаться блогерами. Хотя Ирина Горбачёва до сих пор хорошо развивает и это направление, её аудитория продолжает расти. При этом история Антона Лапенко стала для меня примером того, чего я не хотел бы делать. Он создал очень интересный формат и придумал целую вселенную персонажей, но в определённый момент оказался с ней очень тесно связан. У него много ролей и персонажей, но все они существуют внутри этой истории. Когда вышел проект «Внутри Лапенко», стало понятно, насколько сложно после такого формата выйти за его рамки: зритель уже ждёт именно эту вселенную.
Поэтому, когда я начал снимать видео, для меня было важно не привязываться к одному персонажу или образу. Общий кинематографический стиль сохраняется, но каждый ролик должен быть самостоятельным, как будто я каждый раз создаю небольшую короткометражку.
Поэтому сказать, придётся ли мне когда-нибудь оставить блог, сложно. Сейчас я снимаюсь и почти два месяца практически ничего не выпускал. Параллельно вести блог действительно тяжело, особенно физически. Максимум, который я могу себе позволить в таких условиях, — выкладывать истории. При этом блог по-прежнему выполняет свою главную задачу — помогает мне получать работу в кино. Ради этого я изначально в него пришёл. Но теперь я уже не хочу его забрасывать, потому что он даёт гораздо больше: открывает доступ к широкой аудитории и позволяет постепенно формировать собственного зрителя.
Я знаю многих актёров, которые снялись во множестве фильмов, но при этом практически неизвестны широкой публике. А мой собственный опыт показывает, что даже 46 тысяч подписчиков за полгода — это уже люди, которые узнают тебя на улице, подходят познакомиться, говорят, что следят за твоей работой. Для меня это очень сильный аргумент в пользу того, чтобы продолжать развивать это направление. В будущем эта аудитория станет моим зрителем — в том числе театральным.
Сейчас «АРКАДИЯ-театр» находится на паузе, потому что я полностью переключил внимание на развитие себя в медиапространстве. Я понял, что, если сейчас этим не заняться, театр может не просто остановиться — он рискует прекратить существование, как это уже однажды произошло. Мы с ребятами вдохнули в него новую жизнь, но теперь нам нужно сделать следующий шаг.
Это часть большой стратегии: выйти в медиапространство, стать медийным артистом и, в каком-то смысле, медиапродюсером, сформировать аудиторию, которая потом придёт в частный театр.
Кадры из видео, стилизованного под фильм «Реальные упыри»
— Были ли темы, на которые Вы особенно рассчитывали, думая, что они точно хорошо сработают, но в итоге они оказались скорее проходными?
— Есть несколько таких примеров. Например, по «Реальным упырям». Я очень люблю этот фильм, мы с женой несколько раз его пересматривали, и мне близок юмор такого формата. Когда я снимал ролик, был уверен, что он наберёт, наверное, два миллиона просмотров. В итоге он получил около 80 тысяч на тестовом этапе, а потом дошёл примерно до 200 тысяч в пробном режиме.
Оказалось, что такой юмор нравится далеко не всем. Это довольно специфическая история: если человек понимает этот формат, ему смешно, если нет — ролик просто не срабатывает. В итоге он хорошо зашёл аудитории, которая знает «Реальных упырей», но расширить охват за её пределы оказалось сложно.
Есть и обратный пример — ролик, на который я вообще не рассчитывал. Мы снимали его для известной комании: это была очень нативная интеграция с семейной историей, где участвовали я, моя супруга и ребёнок. Я думал: если ролик наберёт 100 тысяч просмотров, уже хорошо. А он почти дошёл до миллиона и принёс около шести тысяч новых подписчиков.
Поэтому заранее понять, что именно выстрелит, практически невозможно. Но я, конечно, анализирую результаты и постепенно понимаю, какие триггеры работают. Семейные ценности, отношения, дети — темы, которые часто хорошо удерживают внимание, особенно если они поданы интересно и качественно, в кинематографическом формате. Здесь совпало сразу несколько факторов.
При этом бывают ролики, которые я изначально снимаю с другой задачей. Например, «Кинорынок» с Никитой Тарасовым. Я прекрасно понимал, что большого прироста аудитории он мне не даст. Это была прежде всего имиджевая история: я, начинающий артист, снимаюсь с известным актёром, меня видит больше профессиональной аудитории, и за счёт этого растёт моя узнаваемость.
Так и получилось: ролик принёс около 500 подписчиков, тогда как моя актёрская визитка — около шести тысяч. Но «Кинорынок» выполнил свою задачу. После него я стал писать другим артистам и предлагать коллаборации, и пока не получил ни одного отказа. Мне отвечают: «Артур, здравствуйте, мы видели Ваши ролики и контент, нам нравится. Давайте снимать».
И это тоже часть стратегии. Один ролик может дать большую аудиторию, другой — привести профессиональные знакомства, третий — укрепить узнаваемость. Поэтому я не смотрю только на количество просмотров: у каждого ролика может быть своя задача.
Кадр из видео Артура Мхитаряна
— У Вас мультикультурная семья. Как это влияет на Ваше творчество? Есть ли шутки или темы, которые понятны людям с опытом межкультурной коммуникации, но могут быть неочевидны для более широкой аудитории?
— В жизни это, безусловно, положительно на меня влияет. Я живу с человеком из той же профессии, поэтому мы очень хорошо понимаем друг друга и в работе, и в повседневной жизни.
Мои родители всегда хотели, чтобы моей будущей женой была армянка. Я и сам когда-то этого хотел, потому что вырос в этих традициях. Но в итоге получилось иначе. Лиля — моя однокурсница. Мы познакомились на первом курсе, на втором стали ближе общаться, на третьем начали встречаться. На четвёртом, на вручении диплома, я сделал ей предложение, а через год мы поженились.
В этом вопросе я пришёл к тому, что выбираешь всё-таки не национальность, а человека — того, с кем тебе комфортно жить, с кем вы понимаете друг друга и можете построить семью. Наверное, так сложилось, как должно было сложиться.
Что касается реакции аудитории, был показательный случай. Мы выложили ролик, в котором показали нашего сына, и он набрал в около 800 тысяч просмотров. Примерно 10–15 процентов комментариев были связаны именно с тем, что наша семья межнациональная. Причём комментарии были с обеих сторон: армяне спрашивали, почему жена не армянка, татары — почему муж армянин.
Я стараюсь на это не реагировать. Очень позитивно смотрю на жизнь и не хочу вступать в конфликты. Я понимаю, что подобные комментарии, скорее всего, ещё будут появляться и могут касаться уже не только меня, но и моей семьи. Но не хочу придавать им большое значение. Человек высказал своё мнение — хотя его никто и не спрашивал. Пусть идёт своей дорогой, а я пойду своей.
Артур Мхитарян с женой и сыном. Фотографии из социальных сетей артиста
— А подобные комментарии, которые могут раздражать или задевать, вообще часто появляются под Вашими роликами?
— Нет, пока я не сталкиваюсь с настоящим хейтом. Мне говорят, что, если у тебя нет хейтеров, значит, ты ещё недостаточно известен. Возможно, в этом что-то есть, но я пока не знаю, как это работает.
Я читаю практически все комментарии под роликами о кино и театре и почти не встречаю откровенного негатива. Возможно, это связано и с тем стилем, который я выбрал. Я стараюсь очень аккуратно и тонко подавать шутки, в том числе иронизировать над собой. И человеку сложнее тебя задеть, если ты сам спокойно умеешь посмеяться над собой.
Обычно для хейта нужен какой-то повод: ты что-то резко высказал, кого-то задел, и за это можно зацепиться. А если ты в том числе умеешь иронизировать над собой, такой точки для конфликта становится меньше.
Возможно, я просто ещё не снял ролик, который попадёт в ту аудиторию, где такая реакция появится.
— Из Вашего рассказа о семье складывается ощущение, что Вы прежде всего настоящая команда. Вы вместе работаете над роликами, поддерживаете друг друга в профессии. Как рождение ребёнка изменило Вашу жизнь и какие новые смыслы привнесло?
— Если ты не готов к появлению ребёнка, это действительно может очень сильно изменить и даже сломать привычный уклад. Я хотел стать отцом с 19–20 лет. Мне всегда хотелось иметь детей, наверное, ещё и потому, что у меня самого не было возможности расти с братьями и сёстрами. У меня вообще есть потребность о ком-то заботиться. Я, наверное, по природе человек, которому близка роль отца, опекуна.
Нам с Лилей очень помогает то, что мы команда. Мы поддерживаем друг друга и стараемся распределять обязанности. У нас есть свой негласный график: я понимаю, где могу помочь, она знает, когда ей нужно меня сменить.
Первые месяцы мы, конечно, привыкали. Мир действительно меняется кардинально. Ты как будто заново учишься ходить и дышать в новых обстоятельствах. Понимаешь, что уже не полностью свободен, а у женщины эта перемена ощущается особенно сильно.
Кадры из видео Артура Мхитаряна
Сейчас ребёнку десять месяцев, и у Лили появились предложения в кино. Поэтому нам пришлось довольно резко перестроить быт: завершить грудное вскармливание и на время отправить сына к бабушкам и дедушкам, к моим родителям в Курган. Сейчас он уже два месяца там и пробудет до конца декабря, потому что мы постоянно разъезжаем и снимаемся. Возить маленького ребёнка с собой в таких условиях очень тяжело.
Но вместе с этими сложностями после рождения ребёнка я почувствовал какой-то новый смысл жизни. Если ты верующий человек, у тебя и раньше есть определённая опора, но с появлением ребёнка ты начинаешь по-другому чувствовать мир, замечать то, что раньше проходило мимо.
С возрастом мы очень ускоряемся и перестаём замечать простые вещи — то, что мы живём, ходим, любим. Ребёнок позволяет вспомнить эти ощущения. Ты видишь, как он радуется совершенно простым вещам: взял палочку в руки — и уже счастлив. И ты сам заряжаешься этой радостью.
Какое бы у меня ни было настроение, каким бы уставшим или раздражённым я ни был, я прихожу домой, сын мне улыбается — и многое перестаёт иметь значение. Он помог мне пересмотреть отношение к себе и к своему здоровью. Я стал больше выбирать себя, потому что понял: если я буду оставлять все силы и нервы в работе, проектах или ненужных конфликтах, у меня ничего не останется для ребёнка. А мне важно иметь силы, чтобы передавать ему эту любовь.
Беседовала Анна Владиславская,
редактор Армянского музея
В интервью речь идёт об аккаунте Артура в Instagram. Социальная сеть запрещена в РФ; она принадлежат корпорации Meta, которая признана в РФ экстремистской.