Tigran Harutyunyan

Жизнь современной армянской общины Минска

Tigran Harutyunyan
Жизнь современной армянской общины Минска

В рамках рубрики «Минские диаспоры», в которой повествуется о местных этнических меньшинствах, издание CityDog.by рассказало об армянской общине.

В XVIII веке на сейм Речи Посполитой можно было приехать даже без штанов, но уж никак без слуцкого пояса. Уважающий себя шляхтич должен был выглядеть как восточный вельможа, настоящий потомок сарматов.

Стародавние слуцкие пояса и теперь считают белорусским национальным символом: недавно их производство возобновили – и продают пояса туристам за немалые деньги. Впрочем, бытует мнение, что пояса из Слуцка не совсем белорусские. В 1758 году Михаил Казимир Радзивилл заключил договор с армянином Ованесом Маджарянцем, пригласив его вместе с сыном Леоном в ВКЛ. Армяне привезли технологию и создали дизайн того, что впоследствии стало слуцким поясом.

Минская армянская диаспора впечатляет. И вовсе не своими масштабами: сегодня в Беларуси живет всего 8,5 тысяч армян, из них почти 2 тысячи – в Минске. И даже не числом акций, которые организует диаспора. Впечатляет то, что внутри диаспоры четко видна значимость собственной национальности для каждого: то, как реагируют на просьбы об интервью, то, как за полчаса поднимают на ноги всю общину, если нужно срочно найти собеседника; то, что на почти любой запрос отвечают: «Найдем!» Кажется, именно эта диаспора за долгие столетия жизни на чужой территории по-настоящему овладела навыком сохранения – армяне передают свой язык и культуру следующим поколениям так, что даже те, кто родился и вырос в Беларуси, совершенно четко осознают себя армянами и не понимают, как может быть по-другому.

Армян в Беларуси никогда не было много, но зато живут они здесь очень давно – их вместе с евреями в XIV веке по специальной привилегии пригласил великий князь Казимир. Цель их приезда была схожей, только в отличие от евреев, которых приглашали заниматься внутренними экономическими делами, армян, известных как талантливых торговцев, пригласили заниматься внешнеторговыми связями. Они также были, как правило, людьми образованными и обеспеченными, а за несколько веков жизни в ВКЛ богатства свои приумножили.

Конечно, армяне были очень богаты. Они попали в Речь Посполитую после падения Анийского царства, падения Киликийского королевства и захвата Крыма турками. Армяне бежали оттуда, а когда люди спасаются, они не могут унести с собой много богатств. Так что все их богатства были заработаны их умением торговать. Уже тогда они создавали «братства», похожие на сегодняшние торговые представительства крупных монополий.

Например, монополия на торговлю шелком долгое время находилась в их руках. Армяне славились своим умением торговать, знанием языков, так как всегда жили на изломе, на стыке культур. Очень рано армяне добрались до Бирмы, Непала и Латинской Америки. Известный факт: когда первые католики-миссионеры дошли до Китая, оказалось, что армяне уже 300 лет как там живут.

Армяне в Речи Посполитой играли роль связующего звена с Востоком. Тем более что путь туда был очень опасным: каждый торговец, отправляясь в дорогу, писал завещание – понимая, что может не вернуться. Чтобы проделать такую дорогу, да еще и с деньгами, а вернуться с товарами, надо было обладать определенными способностями и знаниями.

Армяне занимались не только торговлей: они участвовали в военных сражениях – например, в Грюнвальдской битве приняло участие 2 армянских полка. Но все-таки армянская диаспора на территории Беларуси была совсем небольшой: крупными были диаспоры вокруг, в России и Украине. После геноцида армян в 1915 году диаспоры многих городов и стран значительно выросли – как в Восточной, так и в Западной Европе.

В советские времена армяне приезжали в Минск, как и жители других советских республик, работать и учиться. Например, нынешний председатель минской армянской общины Георгий Егиазарян переехал в Минск в 1979 году. На родине он работал в управлении гражданской авиации и продолжил заниматься тем же в Минске: «Никакого конфликта и острого выбора не было: я просто переехал, работал в управлении авиации – теперь в «Белавиа», – вот и вся история».

Спитакское землетрясение повлияло на армян по всему миру – не только катализировало создание многих общин, но и значительно их увеличило. В 1988 году землетрясение разрушило почти всю северную часть Армении. А когда в 1991 году распался Советский Союз, стало понятно, что страна, потерявшая 40% своего промышленного потенциала, будет вынуждена восстанавливаться самостоятельно. В 1989 году в Беларуси было почти 5 тысяч армян, а к концу 90-х их было уже больше 10 тысяч.

До начала 90-х особой потребности в общине у армян Беларуси не было: Советский Союз и относительно недорогие билеты в Армению – все это влияло на минских армян. Армяне в Лос-Анджелесе или Марселе относились к своему языку и истории внимательнее, чем советские армяне. Правда, по словам Георгия Анушавановича, новое поколение белорусских армян уже гораздо больше похоже на своих западных ровесников – они учат родной язык, интересуются историей и часто знают больше и копают глубже своих родителей, живших в СССР.

Сейчас о существовании диаспоры знает около 90% минских армян, и почти треть более-менее активно участвует в ее деятельности. При этом все, с кем мы разговариваем во время подготовки материала, в один голос заявляют, что молодежь – самая активная часть диаспоры, на которой все и держится, хотя никто никого особенно не агитирует:

Армянская диаспора – отдельный феномен: сейчас в мире по разным подсчетам живет 10-12 миллионов армян и только 3 млн – в Армении. Все остальные армяне живут в диаспорах, при этом большинство из них сохраняют свой язык и культуру – в Бейруте, Индии, Эфиопии, не говоря уже о Париже или Нью-Йорке. Они издают армянские журналы, строят храмы и открывают школы, чтобы дети могли учить язык, приобщаться к традиционным армянским танцам и песням.

Такая школа, работающая по воскресеньям, есть и в Минске. Большинство детей в школе – армяноговорящие, потому что многие армянские семьи продолжают говорить по-армянски дома, так что школа нужна, чтобы дети умели читать, писать, знали армянскую литературу, народные песни и танцы. Есть здесь и дети из смешанных семей – нередко неармянский родитель приходит вместе с ребенком, чтобы учить язык.

 

Жизнь современной армянской общины Минска