«Он посвятил жизнь освобождению родной Западной Армении»: Андраник в воспоминаниях Ивана Баграмяна
25 февраля отмечается день рождения Андраника Озаняна — народного героя, чьё имя стало символом вооружённой борьбы армян за освобождение Западной Армении.
Свой боевой путь он начал в рядах армянских фидаинов в 1890-х годах, участвовал в обороне монастыря Аракелоц в Муше (1904) и Ванских сражениях в годы Первой мировой войны. С началом войны он возглавил Первый армянский добровольческий отряд в составе русской армии на Кавказском фронте. По оценке американского историка Ричарда Ованнисяна, Андраник был единственным армянским военным командиром, пользовавшимся подлинно всенародным авторитетом, не замутнённым партийными интересами. Исследователь Микаэл Варандян характеризовал его как воплощение традиции армянского народного сопротивления — фидаинской борьбы, уходящей корнями в XIX век.
В честь этой даты публикуем редкий документальный фрагмент — отрывок из мемуаров Маршала Советского Союза Ивана Христофоровича Баграмяна, запечатлевший его единственную личную встречу с легендарным генералом.
Пожелав Аршаку быстрого выздоровления, я двинулся с походной заставой в Хорасан, чтобы к приходу дивизиона установить местонахождение генерала Андраника и его штаба.
Прошло много лет с той скорбной поры, но до сего времени хорошо помню, какое гнетущее впечатление произвели на меня весть о падении Эрзерума и тягостная картина неорганизованного отхода частей Андраника с центрального участка Кавказского фронта. В эти минуты я отчётливо понял всю глубину постигшего наш народ бедствия.
Через несколько часов наш дивизион прибыл в Хорасан и построился развёрнутым фронтом на площади вблизи двухэтажного дома, где остановился Андраник. Капитан Амирханян предложил мне вместе с ним явиться к генералу и доложить о прибытии нашего дивизиона.
Увидев нас, генерал быстро поднялся с кровати и принял рапорт Амирханяна о прибытии дивизиона. Это был тот самый Андраник Озанян, который стал так популярен в народе, что армяне называли его по имени даже при упоминании его высокого звания. Он пожал нам руки и стал расспрашивать о состоянии дивизиона, его численности, настроении бойцов и, кажется, остался доволен нашими ответами. По выражению лица и голосу Андраника было, однако, видно, что он сильно расстроен неудачами на фронте.
…Нетрудно было понять, каким тяжёлым, безысходным горем был он охвачен в эти минуты нашей встречи. На протяжении многих лет жизни Андраник не терял надежды увидеть свою родину — Западную Армению — освобождённой от черносотенного деспотизма Османской Турции, и для осуществления этой благородной цели он вёл неустанную героическую борьбу. Теперь его постигла крупная, почти непоправимая неудача. Видя причину неудач прежде всего в бездеятельности партии Дашнакцутюн и в её недальновидной политике, генерал в самых резких выражениях начал при нас обличать руководителей этой партии. Он справедливо обвинял их в том, что вкупе с грузинскими меньшевиками и азербайджанскими мусаватистами они повели предательскую политику в отношении Советской России, что привело к поспешному уходу русской армии с фронта. В не менее резких выражениях, с горьким сарказмом говорил Андраник и о том, что люди, осмелившиеся называть себя поборниками общенациональных интересов армянского народа, оказались настолько беспомощны, что не смогли своевременно подкрепить силами и средствами части его малочисленной дивизии на эрзерумском направлении.
Затем генерал Андраник вместе с нами направился к месту построения дивизиона. Бойцы, невзирая на драматически складывавшуюся обстановку, встретили его очень приветливо. Дивизион, видимо, произвёл на Андраника хорошее впечатление — его суровое, обветренное лицо на какое-то мгновение озарилось радостной улыбкой, которая почти тут же погасла, и последовал повелительный, чёткий приказ:
— Дивизиону форсированным маршем выдвинуться к Кепрюкею и установить наблюдение за подходом к городу турецких частей со стороны Эрзерума. Основная задача дивизиона — не допустить до исхода четырнадцатого марта выдвижения передовых турецких частей от Кепрюкея в направлении Хорасана…
Лидеры армянских добровольцев (Андраник по центру) и самый юный армянский доброволец, спасённый от турок. 1915 г. Источник
При этом Андраник предупредил командира дивизиона, что на маршруте движения мы встретим, вероятно ночью, конный отряд под командованием полковника Торгома, который в качестве арьергарда прикрывает отход частей его дивизии. Пожелав нам успешного выполнения задачи, генерал направился в свой штаб, который, если мне не изменяет память, возглавлял полковник Генерального штаба Зинкевич.
Эта встреча с Андраником была единственной в моей жизни, и она произвела на меня глубокое впечатление.
Широчайшие слои армян сохранили об Андранике неопровержимое, твёрдое мнение, что он действительно посвятил всю свою жизнь самоотверженной, полной героизма борьбе за освобождение родной Западной Армении от многовекового деспотизма реакционных, отравленных ядом шовинизма и религиозной нетерпимости правящих кругов Османской Турции. Эта священная борьба, собственно говоря, и стала его основным политическим кредо.
Таким его знало несколько поколений армян, и таким он остался в памяти народной.
Источник: Баграмян И. Х. Мои воспоминания. Маршал Советского Союза о великой эпохе. М. : Центрполиграф, 2022.