Убийство у алтаря: дело архиепископа Гевонда Дуряна и раскол армян Америки
24 декабря 1933 года архиепископ Гевонд Дурян шёл по центральному проходу нью-йоркской церкви Святого Креста к алтарю. Он возглавлял американскую епархию Армянской апостольской церкви, и во время процессии взгляды прихожан были обращены к нему. Между 5-м и 6-м рядами возникла суматоха: несколько человек окружили архиепископа и смертельно ранили его ножом в храме, где он должен был совершить воскресное богослужение.
Убийство почти сразу попало на первые полосы американских газет. The New York Times объяснила случившееся в заголовке двумя словами: «старая вражда». Такая формулировка была удобной, поскольку представляла преступление вспышкой чужой, привезённой издалека ненависти, которая внезапно вырвалась наружу посреди Манхэттена. Однако причины убийства армянского архиепископа в собственной церкви невозможно свести только к османскому прошлому или партийным распрям Старого Света. Конфликт разворачивался в американских приходах и газетах, на Всемирной выставке в Чикаго, на епархиальных собраниях и в судах Соединённых Штатов. К моменту убийства он уже начал менять само устройство армянской жизни в Америке.
Посмертный образ Дуряна почти заслонил человека, которым он был до 1933 года. Для одних он стал мучеником, для других остался церковным деятелем, готовым идти на уступки Советам. Между тем бо́льшую часть жизни Дурян провёл не в Соединённых Штатах и не в условиях партийной борьбы. Он родился в Константинополе в 1879 году, а в 1898–1902 годах учился в Армашской семинарии, одном из важнейших центров подготовки армянского духовенства. Его наставником там был старший родственник Егише Дурян. Затем он служил при патриархе Магакии Орманяне, проповедовал, занимался издательской работой и постепенно приобрёл репутацию образованного церковного деятеля.
Тело убитого архиепископа Гевонда Дуряна выносят из армянской апостольской церкви Святого Креста в Нью-Йорке. 24 декабря 1933 года. Источник
В дальнейшем Дурян служил в Смирне, Болгарии, Греции и Англии, поэтому в Америку приехал уже с многолетним опытом работы в разных армянских общинах. Конфликт 1933 года не сделал его публичной фигурой, однако менее чем за 3 года американского служения превратил проповедника и церковного администратора в политический символ, отношение к которому стало свидетельством принадлежности к тому или иному лагерю.
Чтобы понять, как произошло это превращение, нужно вернуться к противоречиям, возникшим после Первой мировой войны и Геноцида армян. Значительную часть новой диаспоры составляли люди, пережившие уничтожение и изгнание, поэтому политические споры о родине разворачивались в общинах, ещё не оправившихся от потерь. Республика Армения, существовавшая в 1918–1920 годах, управлялась преимущественно Армянской революционной федерацией «Дашнакцутюн». После советизации партия лишилась власти в самой Армении, но сохранила разветвлённую сеть в диаспоре и память о независимом государстве. Красно-сине-оранжевый триколор был для её сторонников символом утраченной республики и права считать её политическую традицию законной.
В то же время единственным армянским государственным образованием на карте оставалась Советская Армения, а Мать-престол Святого Эчмиадзина находился на территории СССР. Армянская церковь подвергалась давлению со стороны антирелигиозного государства, переживала конфискации и попытки установить над ней контроль, но продолжала претендовать на духовную власть над зарубежными епархиями. Поэтому её решения нельзя объяснять ни добровольной поддержкой советской политики, ни полной независимостью от неё. Эчмиадзин оставался церковным центром рассеянного по миру народа, однако был вынужден действовать в условиях, резко ограничивавших его свободу.
В диаспоре отношение к Советской Армении неизбежно ставило вопрос о политической легитимности. Спор шёл о том, следовало ли поддерживать существующую республику ради сохранения связи с родиной, несмотря на её политический строй, или такая поддержка означала примирение с утратой независимости. Не менее важным оставался вопрос о положении Церкви, которая претендовала на роль общенационального института, хотя её духовный центр находился под властью советского государства. Не было согласия и в том, кто имел право выступать от имени армян: Эчмиадзин, политические партии, бывшие руководители республики, местные приходы или их выборные органы. При этом единого антидашнакского лагеря не существовало, поскольку рамкавары, гнчаканы, организации, ориентированные на Советскую Армению, церковные лоялисты и беспартийные прихожане руководствовались разными мотивами.
В 1929 году Высший духовный совет Эчмиадзина разослал зарубежным предстоятелям циркуляр, направленный прежде всего против дашнакской и антисоветской агитации в церковной среде. Документ объявлял Церковь внепартийной, но одновременно требовал от духовенства лояльного отношения к советской власти и запрещал использовать церковные собрания и учреждения для выступлений против неё. Связанная с АРФД газета Hairenik расценила циркуляр как результат давления советских органов безопасности. Издание признавало, что День независимости 28 мая отмечали в церковной среде, но отказывалось считать это празднование узкопартийной агитацией. Уже тогда проявилось основное противоречие: одна сторона говорила о церковной дисциплине и необходимости защитить Эчмиадзин, тогда как другая видела в этих требованиях попытку вытеснить из церковной жизни память о независимой Армении.
Предшественник Дуряна на посту американского предстоятеля Тирайр Тер-Ованнисян поддерживал более спокойные отношения с АРФД, разрешал праздновать 28 мая в церковных помещениях и сам председательствовал на некоторых мероприятиях, которые партия устраивала вне церкви. После избрания в 1931 году Дурян стал последовательнее следовать линии Эчмиадзина и запретил подчинённым ему священнослужителям участвовать в празднованиях и памятных мероприятиях за пределами церкви. С уверенностью можно утверждать лишь то, что Дурян признавал каноническую власть Эчмиадзина и исполнял его указания. Однако его административное решение имело политическое значение независимо от личных намерений. Для тех, кто считал 28 мая и триколор общенациональными святынями, новая дисциплина выглядела как отказ от наследия республики.
Таким образом, конфликт начался задолго до событий в Чикаго. К 1933 году речь шла уже о границе между церковным послушанием и национальной политикой. Дурян пытался оградить духовенство от партийной борьбы, однако в диаспоре Церковь была не только местом молитвы. Она служила общественным центром и школой, сохраняла историческую память и оставалась одним из немногих институтов, способных говорить от имени народа, не имевшего собственного независимого государства. Поэтому ограничение политической деятельности в церковном пространстве неизбежно затрагивало вопрос о том, кому принадлежит власть над общиной.
1 июля 1933 года этот сложный спор проявился в другом эпизоде. На Всемирной выставке Century of Progress в Чикаго проходил Армянский день. Дурян должен был председательствовать на торжествах и произнести вступительную речь, но, увидев на сцене триколор Первой Республики, отказался подняться на неё, пока флаг не уберут. Руководитель мероприятия провёл голосование среди присутствующих и объявил, что большинство поддержало удаление флага, хотя позднее партийные газеты спорили о том, насколько корректно прошла эта процедура. После снятия триколора началась драка, в которую пришлось вмешаться полиции, а затем последовали аресты. В дашнакской среде удаление триколора перед американской публикой восприняли как публичное унижение независимой республики и памяти о ней. Дурян же следовал церковной линии, согласно которой присутствие символа свергнутого антисоветского государства превращало выступление предстоятеля в политическое заявление и могло ещё сильнее осложнить положение Эчмиадзина.
После событий в Чикаго прежний административный спор превратился в борьбу за моральное право Дуряна оставаться предстоятелем. 12 июля Hairenik потребовала его смещения, призвала к «моральному бойкоту» и объявила о его «моральной смерти», но при этом настаивала на законных способах отстранения. Несмотря на обострение конфликта, убийство не было предрешено. Однако летом и осенью противостояние вышло за пределы газетной полемики и переросло в физическое насилие. В августе на церковном пикнике в Уэстборо, штат Массачусетс, Дурян подвергся нападению, а начавшаяся драка оказалась настолько ожесточённой, что полиции с трудом удалось её остановить. В местных приходах спорили уже не только о взглядах предстоятеля, но и о полномочиях общинных руководителей, собственности и законности принятых решений. В Кеноше противоборствующие группы нанимали американских адвокатов и предъявляли в суде документы, изданные Дуряном и сентябрьским епархиальным собранием, чтобы обосновать своё право руководить местным приходом. Таким образом, «старая вражда» проявлялась и в спорах, которые разрешались через современные американские институты.
Ключевые события произошли 2 и 3 сентября 1933 года. Епархиальное собрание открылось в нью-йоркской церкви Святого Просветителя (St. Illuminator’s). Дурян сообщил о болезни и не присутствовал лично, но распорядился перенести заседание в отель Martinique. После вечернего перерыва собрание продолжилось на следующий день уже в двух разных местах. Сторонники предстоятеля заседали в отеле и подтвердили его полномочия, тогда как делегаты, оставшиеся в церкви Святого Просветителя, проголосовали за его смещение. Каждая группа считала себя законной епархиальной властью, и обе направили свои протоколы в Эчмиадзин. В итоге Эчмиадзин признал решения собрания в отеле и отверг решения второй группы.
События этих двух дней важны для понимания дальнейшего конфликта. До убийства оставалось почти 4 месяца, но в епархии уже сложились две конкурирующие администрации. Спор шёл о том, кто имел право представлять епархию, назначать её органы и говорить от имени верующих. Позднее католикос поручил Дуряну созвать новое собрание и дать делегатам возможность прийти к согласию, однако архиепископ не успел выполнить это поручение.
Процесс над 9 обвиняемыми проходил в Нью-Йорке с 8 июня по 14 июля 1934 года. Матеос Лейлегян и Ншан Саркисян были признаны виновными в убийстве первой степени, а 7 остальных обвиняемых — в менее тяжком преступлении, квалифицированном как manslaughter первой степени. В июле 1934 года Лейлегяна и Саркисяна приговорили к смертной казни, тогда как остальные получили от 10 до 20 лет заключения. 10 апреля 1935 года губернатор Нью-Йорка Герберт Леман заменил смертные приговоры пожизненным заключением, сославшись на необычные обстоятельства дела.
Вырезка из газетs The Brownsville Herald. Из открытых сетевых источников
Вердикт установил виновность 9 подсудимых, принадлежавших к АРФД, но не ответил на другой вопрос, вокруг которого продолжались споры: отдавал ли центральный орган партии приказ об убийстве и насколько широким был круг участников заговора. Антидашнакская печать возлагала ответственность за преступление на АРФД как организацию. Партия отвергала эти обвинения, а её сторонники представляли осуждённых жертвами политизированного судебного процесса.
После суда общего понимания произошедшего не сложилось, поскольку противоборствующие стороны создали 2 несовместимые версии событий. Hairenik и издания противоположного лагеря по-разному интерпретировали показания, мотивы и поведение обвиняемых. Свидетельства, которые одна сторона приводила как доказательство заговора, другая называла сфабрикованными или рассматривала как подтверждение несправедливости процесса. Стороны расходились не только в выводах, но и в том, какие свидетельства можно считать достоверными и чьим оценкам следует доверять.
Вскоре последствия конфликта вышли за пределы газетной полемики. В армянских общинах США 1930-х годов происходили бойкоты предпринимателей и увольнения, бывшие единомышленники называли друг друга «убийцами» и «коммунистами», распадались дружеские и семейные связи. Политическая принадлежность определяла, какую церковь человек посещал, где крестил ребёнка или отпевал родственника и какие армянские организации считал своими. В некоторых городах возникали параллельные приходы, разделённые разными представлениями о церковной и национальной легитимности.
Административный раскол наметился ещё до убийства, во время 2 сентябрьских собраний, а современная система юрисдикций складывалась постепенно. Сначала противники Эчмиадзина создали самостоятельное американское церковное управление. В октябре 1957 года католикос Киликийский Заре I принял обратившиеся к нему американские общины под свою юрисдикцию и направил в Соединённые Штаты представителя. В 1958 году в Нью-Йорке была учреждена Североамериканская прелатия Католикосата Великого Дома Киликийского. Так временный кризис одной епархии перерос в долговременный институциональный раскол.
История Дуряна показывает, как спор о том, какой Армении должна быть верна диаспора, постепенно перешёл к вопросам о флаге, политической роли духовенства и праве предстоятеля управлять епархией. В результате возникли 2 параллельные церковные структуры. Спустя десятилетия армяне в Америке совершали практически одну и ту же литургию, исповедовали одну веру и обращались к общей истории, но принадлежали к разным структурам, признававшим разные высшие юрисдикции.
Убийство у алтаря не создало этот раскол. Ему предшествовали циркуляр Эчмиадзина, борьба вокруг 28 мая, ограничения Дуряна, конфликт из-за флага в Чикаго, газетная травля, физическое нападение и 2 сентябрьских собрания. Однако после убийства примирение стало несравненно труднее, поскольку каждая сторона сформировала собственное представление о жертвах и виновниках произошедшего. Итогом стали смерть архиепископа, приговоры 9 участникам преступления и церковный раскол, последствия которого вышли далеко за пределы судебного дела. Политический спор о том, кто вправе представлять Армению, стал частью церковной жизни и сохранился после смерти непосредственных участников конфликта.
Источники:
Nalbantian T. From Murder in New York to Salvation from Beirut: Armenian Intrasectarianism // Practicing Sectarianism: Archival and Ethnographic Interventions on Lebanon / ed. by L. Deeb, T. Nalbantian, N. Sbaiti. — Stanford : Stanford University Press, 2022. — P. 116–137. — DOI: 10.1515/9781503633872-009. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Sahakyan V. Transnational Politics and Governmental Strategies in the Formative Years of the Post-Genocide Armenian Diaspora (1920s–1930s) // The Armenian Diaspora and Stateless Power: Collective Identity in the Transnational 20th Century / ed. by T. Chahinian, S. Kasbarian, T. Nalbantian. — London : I.B. Tauris, 2023. — P. 107–134. — DOI: 10.5040/9780755648245.0013. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Sahakyan V. Between Host-Countries and Homeland: Institutions, Politics and Identities in the Post-Genocide Armenian Diaspora (1920s to 1980s) : PhD dissertation, Near Eastern Studies. — Ann Arbor : University of Michigan, 2015. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Alexander B. F. Contested Memories, Divided Diaspora: Armenian Americans, the Thousand-Day Republic, and the Polarized Response to an Archbishop’s Murder // Journal of American Ethnic History. — 2007. — Vol. 27, № 1. — P. 32–59. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Alexander B. F. Ararat in America: Armenian American Culture and Politics in the Twentieth Century. — London : I.B. Tauris, 2023. — 252 p. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Minassian O. A History of the Armenian Holy Apostolic Orthodox Church in the United States (1888–1944). — Mayreni Publishing, 2010. — 431 p. — Первоначально: Th.D. dissertation, Boston University School of Theology, 1974. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Documents on the Schism in the Armenian Church of America / by order of Archbishop Khajag Barsamian. — New York : Diocese of the Armenian Church of America, 1993. — 95 p. — Прямая цифровая копия в открытом доступе не найдена. Представленная ранее ссылка Academia.edu ведёт не к этой книге, а к главе Ваге Саакяна.
Խմբագրական. «Անարժան առաջնորդ մը» / “An Undeserving Primate” [Редакционная статья: «Недостойный предстоятель»] // Հայրենիք օրաթերթ / Hairenik Daily. — 1933. — 12 July. — P. 4. — Архив издания: URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Պայքար / Baikar; Armenian Mirror — публикации об убийстве архиепископа Гевонда Дуряна и судебном процессе, 1933–1934 гг. — Обзор и ссылки на конкретные выпуски см.: B. F. Alexander, Contested Memories, Divided Diaspora. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
The New York Times — материалы об убийстве архиепископа Гевонда Дуряна и процессе над обвиняемыми, 1933–1935 гг. — В частности: Archbishop Assassinated in Procession to Altar; Laid to Old-World Feud (25 December 1933); Nine Found Guilty in Church Murder (14 July 1934); Tourian Slayers Condemned to Die (25 July 1934); Lehman Spares Lives of Tourian’s Slayers (10 April 1935). — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Американская пресса об Armenian Day на выставке Century of Progress в Чикаго, 1–2 июля 1933 г. [Корпус газетных публикаций]. — Цифровой газетный архив Newspapers.com. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Ղեւոնդ արք. Դուրեան. Իր կեանքն ու գործը (1879–1933) [Архиепископ Гевонд Дурян: его жизнь и деятельность, 1879–1933] / կազմ. Յ. Պ. Գալէմքեարեան ; կենս. Ա. Ալպօյաճեան. — Գահիրէ [Каир] : Տպ. Սահակ-Մեսրոպ, 1934. — 160 с. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Դուրեան Ղ. Պատմութեան համար [Дурян Г. Для истории]. — Նիւ Եորք [Нью-Йорк], 1934. — Серия: Մատենաշար Դուրեան յանձնախումբի [Издания Комитета Дуряна]. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
In Memory of Archbishop Ghevont Tourian // Krikor and Clara Zohrab Information Center. — 2013. — 21 December. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Osiecki J. The Armenian Church in Soviet Armenia: The Policies of the Armenian Bolsheviks and the Armenian Church, 1920–1932 / trans. by P. Siemianowski, A. Zwolski. — New York : Peter Lang, 2020. — 272 p. — DOI: 10.3726/b15660. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Vardanyan G. Remembering Medz Yeghern: Armenian Genocide and Armenian Americans, 1890s–1965 : PhD dissertation. — Raleigh : North Carolina State University, 2023. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Doudoukjian G. Oral History: An Intergenerational Study of the Effects of the Assassination of Archbishop Leon Tourian in 1933 on Armenian-Americans : Master of Divinity thesis. — Crestwood, NY : St. Vladimir’s Orthodox Theological Seminary, 1993. — Библиографическая запись в собрании Zohrab Center: URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Phillips J. Symbol, Myth, and Rhetoric: The Politics of Culture in an Armenian-American Population. — New York : AMS Press, 1989. — 311 p. — (Immigrant Communities and Ethnic Minorities in the United States and Canada ; 23). — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Atamian S. The Armenian Community: The Historical Development of a Social and Ideological Conflict. — New York : Philosophical Library, 1955. — 479 p. — URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Derounian A. Notes Taken at the Trial [неопубликованные заметки о процессе по делу об убийстве архиепископа Дуряна] // Avedis Derounian Collection, National Association for Armenian Studies and Research (NAASR), Belmont, Massachusetts. — Информация о коллекции: URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Ազգադաւ եղեռնը եւ դատապարտութիւնը [Преступление против нации и осуждение]. — Նիւ Եորք [Нью-Йорк], 1935. — 395, [1] с. — Серия Комитета архиепископа Гевонда Дуряна. — Запись Национальной библиотеки Армении: URL — Дата обращения: 16.08.2026.
Aztarar; Hayastani Gochnag и другие армяноязычные церковные и общественные периодические издания — материалы о реакции на убийство архиепископа Гевонда Дуряна, 1933–1934 гг. — Цифровой архив Национальной библиотеки Армении: URL — Дата обращения: 16.08.2026. В Hayastani Gochnag, например, опубликованы «Ազգային սուգը» (30 декабря 1933), «Յարգանք ողբացեալ Դուրեան Սրբազանի յիշատակին» (13 января 1934) и другие материалы.
