Язык как система: чему Юрий Апресян научил лингвистов
Мы редко задумываемся о том, как устроен язык, которым пользуемся каждый день. Мы знаем, что сказать «принять решение» можно, а «сделать решение» — нельзя; чувствуем разницу между близкими словами; понимаем фразу, даже если не задумываемся о том, как устроено её значение.
Для носителя языка всё это происходит почти автоматически. Для лингвиста здесь начинаются вопросы.
Почему одно слово сочетается с другим, а третье — уже нет? Можно ли представить язык как систему правил, которая объясняет, каким образом мысль превращается в речь?
Юрий Дереникович Апресян посвятил этим вопросам более полувека. Он исследовал семантику и синтаксис, разрабатывал формальные модели языка, участвовал в создании системы машинного перевода, руководил работой над словарями русского языка. В 1992 году стал академиком РАН, в 2008-м — иностранным членом Национальной академии наук Армении.
Апресян был одним из основателей Московской семантической школы — направления, которое сформировало новый подход к описанию значения, грамматики и словаря. В центре этого подхода стояла простая, хотя и очень трудная для науки задача: описать язык как механизм.
Детство и юность
Юрий Апресян родился в Москве в 1930 году. Его отец, Дереник Захарович Апресян, происходил из армянской семьи. Он был медиком по образованию, но сделал карьеру в органах НКВД и в конце 1930-х годов занимал должность наркома внутренних дел Узбекской ССР.
Апресян провёл детство в Ташкенте. В начале 1939 года отец получил вызов в Москву. Он понимал, что происходит, и перед отъездом предупредил семью. Спустя годы Апресян вспоминал его слова — перевод армянской пословицы: «Пришёл верблюд и к нашему порогу», то есть «Пришла беда и в наш дом». Отец больше не вернулся.
Юра Апресян в детстве в фотоателье. Москва, 1935 год.
Юра Апресян с приятелем. Ташкент, лето 1938 года.
Источник
Для семьи началась другая жизнь. Апресяны переехали в Москву, жили в коммунальной квартире, во время войны оказались в эвакуации в Уфе, а после войны снова вернулись в столицу.
Юрий Апресян собирался поступать в МГУ, но из-за семейной биографии сделать этого не смог. В 1948 году он поступил в Московский государственный педагогический институт иностранных языков. Там началась его профессиональная жизнь. Он изучал английский язык, занимался лексикологией, защитил две дипломные работы. Несколько преподавателей рекомендовали его в аспирантуру.
Впоследствии Апресян говорил о своей научной биографии как о цепочке счастливых встреч. В его воспоминаниях эта мысль повторяется: ему, по его словам, везло на хороших людей.
Так постепенно сложился круг московских лингвистов, который позднее станет известен как Московская семантическая школа.
Как описать значение слова
Первые научные работы Апресяна были связаны с лексикой и синонимией. Уже в 1957 году он опубликовал статью «Проблема синонима». В дальнейшем эта тема стала одной из центральных в его исследованиях.
На первый взгляд синонимы — одна из самых простых вещей в языке. Слова имеют близкое значение и могут заменять друг друга. Но чем внимательнее исследователь смотрит на язык, тем больше различий обнаруживается между такими словами. Для Апресяна это было не частным свойством нескольких пар слов. Синонимия позволяла поставить более общий вопрос: как вообще устроено значение?
Короткое определение часто не передаёт всего, что носитель языка знает о слове. Слово связано с определёнными ситуациями, другими словами и грамматическими конструкциями. Оно может допускать одно сочетание и исключать другое. Апресян стремился описывать эти связи системно.
В 1974 году вышла его «Лексическая семантика: Синонимические средства языка». В книге Апресян подробно исследовал синонимические отношения и предложил способы формального описания различий между близкими словами. Работа стала одной из программных для Московской семантической школы.
Сама история публикации книги могла бы стать сюжетом для отдельного рассказа.
В 1970 году рукопись отправили в издательство «Наука». Там с ней возникли проблемы: сотрудники издательства сообщили Апресяну, что рукопись запросили в ЦК. Её забрали на проверку, а когда через некоторое время издательство попыталось выяснить судьбу книги, там уже не смогли объяснить, где она находится.
В результате работу всё же удалось восстановить и опубликовать. Позднее Апресян рассказывал, что один из сохранившихся экземпляров был самым дальним от копирки и поэтому оказался почти нечитаемым. Перед публикацией буквы приходилось обводить.
После публикации «Лексической семантики» научная карьера Апресяна складывалась уже не только в академической лингвистике. Ещё с 1960 года он работал в Институте русского языка АН СССР, где занимался структурной лингвистикой. В 1972 году после переаттестации он был вынужден уйти из института и перешёл в «Информэлектро» — отраслевой научно-исследовательский институт Министерства электротехнической промышленности. Там Апресян собрал группу лингвистов и программистов, которая занялась автоматическим переводом научно-технических текстов.
Этот поворот оказался важным для всей дальнейшей работы Апресяна. В «Информэлектро» лингвистическая теория столкнулась с практической задачей: нужно было формализовать языковые закономерности так, чтобы ими могла воспользоваться машина.
В 1985 году Апресян вместе с частью своей группы перешёл в Институт проблем передачи информации АН СССР. В 1989 году он возглавил там лабораторию компьютерной лингвистики.
Язык как система
Работа над машинным переводом подтолкнула Апресяна к ещё более общей задаче. Если компьютер должен переводить текст, недостаточно научить его заменять одни слова другими. Машине нужно учитывать значение слов, их грамматические свойства, связи между словами и структуру предложения. Так в работах Апресяна и его коллег оформился принцип интегрального описания языка.
В его основе лежит согласованное описание грамматики и словаря. Апресян считал, что грамматист должен учитывать свойства слов, а лексикограф — грамматические правила, которые влияют на их употребление. Если словарь сообщает, что слово имеет определённое значение, этого недостаточно. Нужно понимать, как оно ведёт себя в предложении. Если грамматика описывает конструкцию, важно знать, какие слова могут в неё входить. Язык в таком подходе предстаёт не как набор отдельных правил и словарных статей, а как связанная система.
Вместе с Игорем Мельчуком и другими исследователями Апресян работал над моделью «Смысл ↔ Текст». Её название можно понять буквально: модель описывает переход от смысла к языковому выражению и обратный путь — от текста к смыслу.
Юрий Апресян (внизу) и Игорь Мельчук (вверху) в одном из подмосковных походов. Вторая половина 1960-х годов. Источник
Человек сначала формирует мысль, а затем выражает её словами. Слушатель или читатель проделывает обратную работу: по словам восстанавливает содержание высказывания.Для человека этот процесс почти незаметен. Для компьютера он оказывается сложной многоуровневой задачей.
Модель «Смысл ↔ Текст» представляла язык как систему переходов между разными уровнями — от смыслового представления через синтаксическую и морфологическую структуру к конкретному языковому выражению. Она стала одним из важнейших направлений советской теоретической лингвистики второй половины XX века.
Работа над машинным переводом получила практическое продолжение в системе ЭТАП. Апресян и его коллеги разрабатывали лингвистическое обеспечение автоматического перевода с французского и других языков; позднее созданный на этой основе лингвистический процессор использовался для автоматического анализа и синтеза текстов.
Словарь как исследование языка
В 1990 году Апресян был вновь приглашён в Институт русского языка РАН. Вскоре он создал и возглавил там сектор теоретической семантики. Это возвращение стало продолжением работы, которую он вёл предыдущие десятилетия, — теперь уже в условиях нового научного коллектива и с возможностью развивать собственные принципы системно.
Сектор начал работу над новым словарём, который должен был воплотить принципы Московской семантической школы.
Так появился «Новый объяснительный словарь синонимов русского языка». Первый выпуск вышел в 1997 году, затем появились ещё два выпуска. В 2004 году вышло исправленное и дополненное однотомное издание объёмом более 1400 страниц.
Позднее коллектив под руководством Апресяна приступил к работе над «Активным словарём русского языка».
Название здесь принципиально и существенно. Обычный толковый словарь прежде всего помогает понять незнакомое слово. Активный словарь должен помогать человеку самому строить высказывание. Поэтому в нём важно описать свойства слова, его сочетаемость, грамматические особенности и отношения с другими словами. Апресян называл такие описания «лексикографическими портретами».
Что язык рассказывает о человеке
Работа со значениями слов привела Апресяна ещё к одной большой теме — языковой картине мира. В языке закрепляется человеческий способ воспринимать действительность. Он не обязан совпадать с научным описанием мира. Мы говорим о восходе солнца, хотя знаем, что Солнце не движется вокруг Земли. Мы говорим, что время идёт, что мысль приходит в голову, что человек потерял голову от волнения.
Такие выражения показывают, как человеческий опыт организован в языке. Апресян и его коллеги исследовали эту «наивную картину мира» — представления о действительности, которые закреплены в обычной речи. Одной из задач Московской семантической школы стала реконструкция таких представлений через системное описание лексики.
Для культурного исследования это особенно важная сторона его наследия. Слова сохраняют представления о человеке, его теле, эмоциях, отношениях с другими людьми, времени и пространстве. Они позволяют увидеть, какие связи между явлениями кажутся носителям языка естественными. В этом смысле словарь становится чем-то большим, чем справочник: он фиксирует часть культурного опыта, который человек получает вместе с языком.
Человек, основавший научную школу
Научные идеи Апресяна существовали внутри большого сообщества. Он работал с Игорем Мельчуком, Александром Жолковским, Юрием Карауловым и многими другими лингвистами. Позднее вокруг Апресяна сформировалось научное сообщество, продолжившее развивать принципы интегрального описания языка и системной лексикографии.
Сектор теоретической семантики, основанный Апресяном в 1990 году, стал одним из центров этой работы. Сегодня сектор продолжает работу в Институте русского языка имени В.В. Виноградова РАН.
Апресян много преподавал и руководил учениками. Он читал лекции в России и за рубежом, участвовал в международных научных форумах. Его работы переводились на разные языки.
Юрий Апресян — преподаватель Института иностранных языков, в одном из подмосковных походов, куда он водил своих студентов. Конец 1950-х годов. Источник
В 1992 году он стал академиком РАН, в 1993 году получил премию Александра фон Гумбольдта, в 2004-м — золотую медаль имени Владимира Даля РАН. В 2008 году Апресян был избран иностранным членом Национальной академии наук Республики Армения.
Но перечисление званий мало говорит о том, что дала лингвистике его работа.
Апресян помог изменить сам способ разговора о языке.
Он показал, что значение слова нельзя свести к одной короткой формуле.
Что грамматика и словарь связаны гораздо теснее, чем может показаться.
Что язык можно описывать как систему, пригодную для формального анализа и компьютерной обработки.
Что в словах сохраняется человеческая картина мира.
И что исследование языка начинается с внимания к тому, что обычно кажется мелочью.