«Он любил жизнь во всех её проявлениях»: 105 лет со дня рождения Арно Бабаджаняна
В этом году музыкальный мир отмечает знаковую дату — 105-летие со дня рождения Арно Арутюновича Бабаджаняна (22 января 1921 года — 11 ноября 1983 года). Его мелодии давно стали частью культурного кода: их узнают с первых нот, они звучат на государственных праздниках и в семейном кругу.
Сын композитора Араик Бабаджанян рассказал музею о планах на юбилейный год, самых светлых воспоминаниях и поделился редкими фотографиями из семейного архива.
Арно Бабаджанян. Автор снимка: Леонид Левита. Из семейного архива Араика Бабаджаняна
— Араик Арноевич, расскажите, пожалуйста, что запланировано на юбилейный год Фондом памяти Арно Бабаджаняна?
— Самыми первыми юбилейными событиями можно считать уже прошедшие концерты: «Век любви» с участием солистов нашего фонда в Доме музыки и «Верни мне музыку» в киноконцертном зале «Эльдар». Непосредственно в день рождения, 22 января, в Ереване также пройдет концерт, составленный из произведений Арно Арутюновича. Мероприятия будут проходить в течение всего года в разных уголках России. А завершится всё по нашей традиции большим гала-концертом в Москве в декабре. Именно там мы подведём итоги юбилейного года и поставим красивую финальную точку.
Арно Бабаджанян. Из открытых сетевых источников
— Арно Бабаджанян подарил нам один из главных гимнов Москвы. Песня «Лучший город Земли» прошла проверку временем, оставаясь хитом спустя полвека. Как Вы считаете, можно ли найти в творчестве композитора или его коллег песню, способную соперничать с этим шлягером?
— Говорить о соперничестве, наверное, некорректно — у каждой песни своё место и своё значение. «Лучший город Земли» был написан в 1964 году, и тот факт, что она звучит до сих пор, говорит о многом: она по-прежнему востребована и вызывает интерес и у публики, и у исполнителей.
Но хороших песен о Москве у Арно Арутюновича много: кроме «Лучшего города Земли», была, например, песня «По ночной Москве» на стихи Регистана, которую пел Владимир Трошин. Была замечательная вещь — вальс «Москвичка» на стихи Владимира Лазарева — я сам её исполнял, и она стала лейтмотивом одной телевизионной передачи. Часто звучала песня «Город мира и весны» на стихи Андрея Дементьева. Нельзя забыть и «Москву-реку» на стихи Вознесенского в исполнении Людмилы Зыкиной. Ещё одну композицию на стихи Леонида Дербенева пел квартет «Аккорд». Так что список получается внушительный.
Арно Бабаджанян. Из семейного архива Араика Бабаджаняна
— Если «Лучший город Земли» — это энергия и радость, то «Ноктюрн» — это глубокая лирика и драма. Сегодня невозможно представить эту музыку без проникновенных стихов Роберта Рождественского. Однако мы знаем, что сам Арно Арутюнович видел в этом произведении исключительно инструментальную пьесу. Как Вам кажется, если бы Ваш отец услышал слова к этой музыке, он бы их одобрил?
— Сложно говорить за него, но папа очень любил стихи Роберта Ивановича Рождественского. Думаю, сама поэзия ему бы понравилась. Однако при жизни он не хотел, чтобы у этой мелодии появился текст. И Иосиф Давидович Кобзон, и Роберт Иванович много раз просили его об этом, уговаривали разрешить написать стихи. Но он был против. Однажды, устав от уговоров Кобзона, он сказал: «Знаешь, вот когда меня не станет, тогда делайте что хотите, пишите стихи». Так в итоге и получилось.
Думаю, сейчас он не был бы против. Песня заняла своё достойное место, но и инструментальный вариант никуда не исчез — у него своя жизнь. Причём в последнее время я слышу эту мелодию не только на фортепиано: её исполняют на скрипке и даже на дудуке. Это доказывает, что у хорошей музыки нет границ — она вдохновляет и поэтов, и музыкантов на новые прочтения.
Арно Бабаджанян во время путешествия. Из семейного архива Араика Бабаджаняна
— Когда при Вас произносят имя Арно Бабаджаняна, какой образ первым возникает в памяти? В каком возрасте и контексте?
— Трудно зафиксировать какую-то одну картинку или возраст. Я никогда не ловил себя на мысли, что вижу конкретный визуальный образ. Это скорее ощущение, чувство. И, конечно, мне всегда очень приятно слышать воспоминания людей, которые знали отца лично. У многих с ним связаны свои истории.
Например, в прошлом году я познакомился с человеком, чьи родители дружили с отцом в Тбилиси. Как-то папа был у них в гостях, когда хозяйка дома ждала ребёнка. Было застолье, они музицировали всю ночь. А прощаясь, папа сказал ей: «Не волнуйся, всё пройдёт хорошо. Если родится мальчик — назови его Арно». Действительно родился мальчик, и этот человек носит имя Арно, с теплотой вспоминая дружбу родителей с моим отцом. И таких случаев очень много. Люди часто подходят, рассказывают о памятных моментах: к кому-то он приходил в гости, у кого-то играл на домашнем рояле. Эти живые истории для меня бесценны.
Из семейного архива Араика Бабаджаняна:
1. С Газаросом Сарьяном (1931);
2. Нарды с Петросянами;
3. В Доме Армении с Арамом Хачатуряном (1945);
4. Геворг Арменян, Арно Бабаджанян, Гия Канчели, Эдуард Мирзоян;
5. С Иосифом Кобзоном и др.;
6. С Уильямом Сарояном;
7. С Уильямом Сарояном;
8. С Арамом Хачатуряном.
— Расскажите о радостных, счастливых воспоминаниях, связанных с ним.
— Знаете, из детства мне очень запомнился один эпизод на съёмках фильма «В поисках адресата» на киностудии «Арменфильм», к которому папа написал музыку. Там была сцена в универмаге, и для массовки пригласили мою маму, меня и супругу папиного близкого друга, композитора Эдуарда Мирзояна. Мы пришли в детский магазин — а маме досталась роль продавщицы игрушек — и я был абсолютно счастлив! Я был уверен, что раз мама за прилавком, значит, все игрушки наши!
Но потом наступило разочарование. Я уже собирался забрать все это богатство домой, а мне объяснили, что так нельзя. Подарили только одну игрушку. Я тогда очень расстроился и не мог понять логику: мама там работает, папа музыку написал, а игрушки отдавать отказываются!
Арно Бабаджанян с сыном Араиком. 1950-е. Из семейного архива Араика Бабаджаняна
Ещё одно яркое воспоминание, уже школьное, класс четвертый или пятый. Я впервые увидел отца на сцене. Это был концерт, где он исполнял «Героическую балладу». Дома я постоянно видел его за роялем, это было частью обыденной жизни. Но когда он вышел на сцену и зазвучали первые ноты, у меня мурашки по коже побежали. Я сидел в первых рядах и впервые увидел в нём не просто папу, а блистательного пианиста и артиста.
Арно Бабаджанян. Из семейного архива Араика Бабаджаняна
— Каково это — быть сыном «легенды»?
— Я всю жизнь относился к этому спокойно. «Легенда» — это звучит красиво, но дома он никогда не становился в позу «бронзового памятника». Папа был очень коммуникабельным, естественным и никогда не кичился своей известностью. Эта простота передалась и мне. Поэтому я никогда не ощущал давления от того, что я «сын легенды».
Из семейного архива Араика Бабаджаняна:
1-3. Арно Бабаджанян;
4. Арно Бабаджанян и Эдуард Мирзоян.
Мой главный долг сейчас — сохранение его наследия. Человек живёт, пока о нём помнят. Я и мои друзья делаем всё, чтобы его музыка звучала. Ведь за последние 25 лет очень многое изменилось: мы живём в совершенно другом государстве, многое ушло в прошлое, но не искусство — оно вечно. Музыка композиторов, полотна художников, стихи поэтов должны жить вне времени. Пока люди слушают музыку Арно Бабаджаняна и получают от неё радость, он продолжает свой путь.
Из семейного архива Араика Бабаджаняна:
1. Арно Бабаджанян с родителями;
2. С женой Терезой;
3. С сыном Араиком (1954);
4. С женой;
5. С сыном (1950-е);
6. С сыном и женой;
7. С женой (1963).
— Три главных слова, которые у Вас ассоциируются с отцом?
— Убеждённость. Честность. И, наверное, любовь. Любовь имела для него огромное значение. Он любил родителей, семью, Родину… Любил жизнь во всех её проявлениях.
Беседовала Анна Владиславская
