Первый армянский Гамлет: жизнь и театр Петроса Адамяна
На бенефисе в Ростове-на-Дону осенью 1884 года Петрос Адамян сделал нечто странное. Первый монолог Гамлета он прочёл по-русски. Потом вышел со стихотворением Франсуа Коппе — на французском. А финальный акт «Разбойников» Шиллера сыграл по-армянски. Зрительный зал принял это как художественный манифест — и был прав. Адамян сознательно строил вечер как высказывание.
Этим высказыванием была армянская речь на большой сцене. Он мог бы играть по-французски — им владел безукоризненно. Но Адамян выбирал армянский намеренно, понимая, что язык малого народа на большой сцене — доказательство того, что этот язык способен выразить Шекспира. Рубен Зарян, написавший о нём монографию, сформулировал это прямо:
Он родился в Константинополе в декабре 1849 года. Армяне жили там на правах гостей в чужом доме — со своими театрами, газетами и общинной жизнью, но без твёрдой почвы под ногами. Его детство выдалось жёстким: мать умерла, когда ему не исполнилось двух лет, отец — около двадцати. Способности пробивались сами. Когда в детские годы к нему пригласили учителя рисования, тот после первого разговора объявил, что мальчик и сам уже мог бы давать уроки. В семнадцать лет Адамян вышел на сцену константинопольского армянского театра и больше с неё, по существу, не уходил.
Редактор академического сборника его воспоминаний нашёл точные слова об облике артиста: на фотографиях — знакомая театральная поза, мягкая, салонная, романтическая и рыцарская. Его лицо в роли Гамлета напоминало героя Дюма или карточного валета. Кто бы подумал, что это трагик эпохи? Вне сцены он был богемным, свободным, любил лёгкую беседу, дружеские застолья, оставлял стихи в альбомах барышень. По темпераменту — как Вертер у Гёте, как Фигаро у Бомарше. В глубине души — айвазовские туманы и бури.
В 1870 году он впервые отправился в Россию — в составе труппы режиссёра Товмаса Фасуладжяна — в Новый Нахичевань, армянский город на Дону. Для двадцатиоднолетнего юноши это была первая дальняя поездка. Именно тогда Фасуладжян разглядел в нём будущего большого актёра.
Поворотным стал 1879 год. Геворк Чмшкян, строивший профессиональную армянскую труппу в Тифлисе, специально приехал в Константинополь за Адамяном. Вместе с ним в Тифлис отправились его сёстры — Сирануйш и Астхик. В Тифлисе Адамян поселился в итальянском квартале — небольшом, немного грязноватом уголке города, который итальянцы, целыми семьями осевшие там, превратили в подлинный кусочек Неаполя. Сам он объяснял это своей любовью к итальянцам и их театральным традициям. Немирович-Данченко, знавший его по Тифлису, думал иначе: это была бедность, которую Адамян тяжело признавал и которая не отпускала его до самого конца.
Автопортрет в роли Гамлета. Фото: Facebook (организация Meta признана экстремистской и запрещена в России). Источник
Труппа заказала из Лондона театральные костюмы для всего состава, и 20 ноября 1880 года на армянской сцене впервые сыграли «Гамлета» — в переводе юриста Сенекерима Арцруни, специально для этой постановки переведшего ещё и работу Белинского о сценическом воплощении Гамлета. Адамян готовился к роли с большим напряжением. В зале сидели армяне, грузины, русские, персы — весь пёстрый Тифлис. Успех был таким, что спустя два месяца английский посол в Батуме (ранее город назывался Батум) написал в «Дейли Ньюс»: «народ, сумевший так глубоко понять и воплотить Шекспира на собственном языке, не умрёт».
Критик Зарян назвал этот поворот одним словом: «революция». Это было парадоксально, потому что по природе своей Адамян был романтиком, с горячим темпераментом. Но именно он утвердил реалистическое направление в армянском театре. Видимо, только такой темперамент и мог сделать Шекспира живым.
Тогда же началось то, что потом долго обсуждали современники: Адамян оказался артистом, не видевшим ни Росси, ни Сальвини. Он знал их только по газетным рецензиям — и всё равно создавал образы, с которыми этих великих сравнивали. На прямой вопрос об этом он отвечал спокойно, что сходство есть.
Когда Адамяна спрашивали о методе работы над ролью, он отвечал вполне конкретно. Ради сцены смерти Коррадо от отравления стрихнином в «Семье преступника» он попросил ветеринара в его присутствии отравить собаку — и потом использовал наблюдения на сцене. Впечатление на зрителей было таким, что в зале теряли сознание. Тем же вечером профессора-медики, видевшие спектакль, лично подходили к нему выразить одобрение: точность была потрясающей. Один из критиков написал тогда, что только медик, привыкший к картинам смерти, мог спокойно смотреть эту сцену.
Журналист, посетивший его дома в Ростове, оставил поразительный портрет. Хозяин показал масляный портрет своего слуги Лазаря — тот как раз подавал чай. Портрет был написан с натуры и, по словам гостя, достоин кисти Репина или Крамского. Потом Адамян показал два карандашных наброска головы старого татарина — один в профиль казался таким живым, что вот-вот скажет: «Селям алейкум». Напоследок принёс фарфоровую тарелку: тупым ножом на её дне была вырезана голова Коррадо — так артистично, что, по замечанию гостя, можно было смело выставить. Потом хозяин сел и прочёл собственное стихотворение — сначала по-армянски, затем перевёл на русский прямо на ходу. Слушатели сидели зачарованные. Послеп он, провожая гостей, произнёс монолог Гамлета — по-русски. Рукопожатия после вечера были долгими.
Немирович-Данченко описал ещё одну черту актёра. В обычном разговоре Адамян вдруг мог прыгнуть в угол комнаты — как прыгает кошка — и оттуда, дьявольским шипящим шёпотом, начать монолог какого-нибудь злодея. Поначалу это пугало, но потом приходило осознание, что это просто природа человека, у которого нет границы между собой и ролью. Немирович-Данченко написал о нём с восхищением и горечью одновременно: он был уверен, что знаменитая итальянка Элеонора Дузе не нашла бы для Ромео и Армана Дюваля лучшего партнёра, чем Адамян. Но весь его космополитизм, его многоязычие оказались ловушкой: для армян он был слишком велик, Турция не умела ценить искусство, а России он не мог отдать себя до конца из-за языка.
Между 1883 и 1888 годами гастроли охватывали полстраны. Тифлис и Баку, Харьков и Киев, Казань и Астрахань, Одесса и Кишинёв. В Одессе публика позволяла ему выходить на поклон по десять-одиннадцать раз — всем прочим полагалось не больше трёх. «Одесский вестник» писал, что ни Росси, ни Сальвини, ни Барнай, ни Поссарт не дали такого Гамлета. Петербургский критик Владимир Чуйко отметил:
Итальянец Эрнесто Росси, считавшийся непревзойдённым Гамлетом своего времени, после того как увидел Адамяна в этой роли, вручил ему фотографию с надписью: «Адамяну — Первому в мире Гамлету». Признание от конкурента, сделанное при жизни, — это особый вид бессмертия.
Образы не отпускали его вне сцены. В 1886 году он издал книгу «Шекспир и критика его трагедии „Гамлет“» — тиражом тысяча двести экземпляров. Критик Газарос Агаян написал с изумлением:
При этом оказалось, что существующие переводы «Гамлета» его не устраивали — он сделал для себя собственный, не публикуя его.
Он был близким другом художника Вардкеса Суренянца — его сестра Екатерина играла рядом с Адамяном Офелию и Дездемону. Суренянц написал шесть карандашных набросков и один живописный портрет Адамяна в шекспировских ролях. Адамян и сам писал: «Офелия», автопортрет в роли Гамлета — рука на мече, взгляд обращён к залу, скорбный и внутренне мощный. Это был его собственный идеальный образ Гамлета — отличный от того, которого он играл.
«Офелия» авторства Петроса Адамяна. Фото: Музей литературы и искусства имени Егише Чаренца. Источник
В 1888 году он вернулся в Константинополь. Там он сыграл Отелло и Уриэля Акосту, отметил двадцатипятилетие сценической деятельности, но так и не смог сыграть Гамлета. Османские власти запрещали спектакли с монархами на сцене. «В Константинополе один султан, — писал Адамян художнику Суренянцу, — и даже на сцене не должно быть второго».
Затем неожиданно пришла болезнь. И его последнее письмо было кратким:
Актриса Мария Савина устроила серию благотворительных спектаклей в его пользу. Московские и петербургские коллеги через русское посольство добились для него места в русской больнице Константинополя. Четвёртого июня 1891 года Петрос Адамян умер там же, где родился. Ему не исполнилось сорока двух лет.
У его могилы Ованес Абелян — один из лучших армянских актёров следующего поколения — сказал:
Публицист Лео написал горше: «Армяне умеют только хоронить своих деятелей». Пока он умирал в одиночестве в бедной комнате в Константинополе — те же люди, что за несколько лет до того произносили в его честь речи, молчали. Потом они произносили пышные надгробные слова, но позже снова забыли.
Ныне тбилисский армянский театр носит его имя. В Ереване есть улица Адамяна. Его ученики — Ваграм Папазян, Ованес Абелян, Сирануйш — выстроили то, что потом назовут армянской актёрской школой. Но, пожалуй, точнее всего сказал о нём Зарян: на сцене, в образе шекспировского героя, Адамян говорил о страданиях и чаяниях своего народа, о его любви к жизни. Он вышел из Константинополя и стал мировой величиной, потому что искусство, рождённое из сопротивления, из необходимости доказывать само своё право на существование, — ценится иначе.
Источники:
Minasyan L. From Avon to Ararat: Shakespeare — the Influence of the English Bard on Armenian Thought and Culture // AGBU Magazine. — 2024. — June. — URL (дата обращения: 19.03.2026).
Шекспир на армянской сцене / под ред. В. Вагаршяна ; сост. Л. Халатян, Х. Самвелян. — Ереван : Армянское театральное общество, 1956.
175 лет со дня рождения армянского актёра Петроса Адамяна // NashTeatr.com : [сайт]. — 2024. — 6 дек. — URL (дата обращения: 19.03.2026).
Не только национальная гордость, но и мировая величина: великий трагик Петрос Адамян — «первый в мире Гамлет» // RadioVan.fm : [сайт]. — 2021. — 27 марта. — URL (дата обращения: 19.03.2026).
Seferian S. Shakespeare in Armenian // Padus-Araxes: Rassegna degli Armenisti Italiani. — 2006. — Vol. IX. — P. 14-19.
Պետրոս Ադամյանը ժամանակակիցների հուշերում [Петрос Адамян в воспоминаниях современников]. — Երեւան [Ереван] : ՀՀ ԳԱԱ «Գիտություն» [«Гитутюн» НАН РА], 2020. — (на арм. яз.).
Чтян А. Г. Петрос Адамян на театральных сценах Новой Нахичевани и Ростова-на-Дону // Энциклопедия фонда «Хайазг» : [сайт]. — URL (дата обращения: 19.03.2026).