Арам Андонян: от газетных редакций до архива Геноцида. Часть I

В первой части статьи мы проследили путь Арама Андоняна от константинопольских редакций до лагерей депортированных на Евфрате. После побега и возвращения в Алеппо он продолжил работу, начатую ещё в годы Геноцида, — собирал рассказы выживших, разыскивал документы и записывал всё, что удалось узнать о судьбах людей. Об этом и пойдёт речь во второй части.
После возвращения в Алеппо Андонян мог расспрашивать выживших открыто. Он сотрудничал с Армянским национальным союзом, созданным по инициативе британских властей для помощи уцелевшим. По его словам, союз был готов платить за любые сведения, которые помогли бы восстановить обстоятельства массовых убийств. Прежде Андонян собирал рассказы тайно, а после прихода британцев, как пишет историк Танер Акчам, стал обращаться к очевидцам через журнал «Ай дзайн» («Армянский голос»). В предисловии к «Великому преступлению» он вспоминал тысячи женщин и мужчин, которые приходили к нему, рассказывали о пережитом или приносили собственные записи.
«Много раз я думал, — пишет он, — что для каждого из них нужно было бы написать отдельный том, хотя бы чтобы в общих чертах передать этот ужас. И тех, кому было что рассказать на целый том, было больше ста тысяч».
А погибшие, чьи истории уже некому было рассказать, оставили после себя, по его словам, утрату «более миллиона томов».
Группа армянских сирот, спасённых в сирийской пустыне и доставленных в Алеппо. Собрание Миграна Минасяна. Источник
Свидетельства Андонян собирал по определённой схеме. Он просил рассказать, откуда человек родом, сколько жителей было в его селении, как жила семья до депортации, как объявили приказ о выселении и что происходило в дороге. Выяснял имена конвоиров, подробности нападений и похищений, судьбы родственников и обстоятельства спасения. Обычно получалось от трёх до восьми страниц, сдержанных и почти лишённых эмоций. Эти записи могли пригодиться на будущем суде над виновными, в возможность которого тогда ещё верили. В небольшие блокноты Андонян заносил и короткие сообщения. В одном из них сохранился список шестидесяти одного организатора резни в Адыямане — от каймакама до сыновей местного кофейщика. Имена продиктовал Саркис Мехнуни, журналист, издававший в Алеппо иллюстрированный бюллетень агентства Рейтер. Собственные свидетельства Андоняна были гораздо подробнее: рассказ о Мескене порой занимал сорок–пятьдесят рукописных страниц. При этом о себе он писал редко, уделяя больше внимания людям, с которыми делил лагерь.
В одной из записей Андонян рассказывает о встрече с Хюсейном Авни-эфенди, черкесом, прежде возглавлявшим лагерь Мескене. После занятия Алеппо британцами он передал бывшему начальнику через Карекина Эгпаряна, служащего табачной монополии в Бабе, просьбу приехать и привезти сохранившиеся документы. Эгпарян просил не преследовать Авни: тот считался одним из самых мягких местных чиновников, а его жена, «настоящий ангел-благодетель», помогала депортированным, рискуя собственной жизнью. Андонян и сам не видел жестокости со стороны Авни, хотя упрекал его в том, что тот не останавливал жандармов и надзирателей, среди которых были и армяне. Он не скрывал, что ежедневно передаёт британцам сведения о преступлениях османских чиновников, но пообещал не давать показаний против Авни, если тот приедет с документами.
Авни приехал, долго рассказывал, а Андонян записывал. Почти все бумаги были утрачены: после отправки колонны сирот Хаккы-бей распорядился перевезти документы из Мескене в Алеппо. У Авни случайно сохранился лишь один листок, забытый в карманной записной книжке. На нём были черновики двух служебных писем. Во втором говорилось, что с апреля 1915 по апрель 1916 года из Мескене отправили в Дейр-эз-Зор 28 834 человека. Ещё около восьмидесяти тысяч, по оценке Авни, умерли в лагере от тифа, холеры и голода. Андонян считал, что погибших было больше. Неграмотный старший могильщик отмечал каждое найденное тело зарубкой на палке, но утонувших в Евфрате, которых, по словам Андоняна, было «по меньшей мере около ста тысяч», никто не учитывал. Всего через Мескене за 1915–1916 годы, по его подсчётам, прошло 110 934 человека. О своём собеседнике Андонян писал: «Не знаю, был ли он тогда искренен. Мне показалось, что он не лгал». Авни слишком боялся за собственную судьбу и, вероятно, отдал бы остальные документы, если бы они у него были.
Андонян подробно описал, от кого получил эти цифры и при каких обстоятельствах. Он понимал, что сведения бывшего начальника лагеря могут быть неполными, и не скрывал, что ради документов пообещал не свидетельствовать против него. Сохранил он и собственные сомнения в искренности Авни.
В том же 1919 году в Бостоне вышла другая книга Андоняна — сборник «В те тёмные дни…» («Այն սեւ օրերուն…»), состоявший из шести рассказов. В одном из них, «Матери», две женщины сидят на берегу Евфрата, ожидая, когда из реки вытащат тело утонувшего мальчика. Это оказывается последний сын Лусик. Мать теряет рассудок над телом ребёнка, и её ласковые слова — «дитя моё… сладкий мой Мигранчик… единственный мой…» — сменяются криками и проклятиями. Литературовед Рубина Пирумян замечает, что в этих рассказах почти не осталось надежды, которой была проникнута армянская литература до 1915 года. Герои борются за выживание любой ценой, иногда сами становясь палачами. Историк Борис Аджемян обращает внимание на другую особенность: здесь почти нет точных дат, имён и событий, которые можно проверить.
В одном из лагерных бюллетеней, сохранившихся в его выписках, есть короткая история о двух армянах, подравшихся из-за куска хлеба. Оба уверяли, что давно ничего не ели и не имели ни гроша. Жандармы наблюдали за дракой и развлекались, пока у одного из мужчин не развязался пояс и не упал на землю со звоном. Оказалось, в нём были спрятаны деньги, которые тут же отобрали. Позже выяснилось, что деньги были и у второго. Подобные истории показывают, насколько тесно в его работе переплетались журналистика и литература. В рассказах он мог обратиться к тому, что трудно передать свидетельскими показаниями, — к переживаниям и поступкам людей, оказавшихся в нечеловеческих условиях.
О том, насколько трудно было описать пережитое, Андонян говорил и сам. В «Великом преступлении», вспоминая события трёхлетней давности, он сравнивал их с возвращением в ад, страшнее того, который описал Данте. По его убеждению, лишь пережившие могли знать весь ужас случившегося, но даже они не находили слов, чтобы его передать.
Среди чиновников, которых Андонян знал по Мескене, был Наим-эфенди, служащий Алеппского управления по делам переселенцев. Историки Борис Аджемян и Раймон Кеворкян называют его бывшим главным секретарём отдела по делам депортированных, а Танер Акчам пишет, что в Мескене он занимался отправкой колонн. В конце 1918 года они вновь встретились в Алеппо. После прихода британцев Наим остался в городе. По словам Андоняна, он не одобрял депортаций и не считал себя виновным в происходившем. От него журналист получил рукописные копии телеграмм и распоряжений, дополненные воспоминаниями самого чиновника о том, как составлялись документы и что происходило после их отправки. Позже, по сведениям Акчама, Наим передал ему ещё около двадцати пяти подлинников, часть которых была расшифрована, а остальные представляли собой ряды цифр. Семь документов касались убийства Григора Зограба, когда-то поддержавшего Андоняна в начале журналистской карьеры. В книгу они не вошли, а оригиналы, как пишет Акчам, до сих пор хранятся в архиве библиотеки Нубар. О том, как Андонян получил эти бумаги, исследователи спорят. Акчам считает, что Наим продавал их ради денег, тогда как литературовед Рубина Пирумян, ссылаясь на самого Андоняна, говорит о бескорыстной передаче.
Титульный лист книги Арама Андоняна «Официальные документы о резне армян». Париж, 1920 год. Источник
Работу над книгой Андонян завершил в мае–июне 1919 года. В 1920-м в Париже вышли «Официальные документы о резне армян» с фотографиями части бумаг, а в Лондоне — «Мемуары Наим-бея» с предисловием виконта Гладстона. Год спустя бостонское издательство «Пахак» выпустило армянский оригинал под названием «Великое преступление» («Մեծ ոճիրը») объёмом более трёхсот страниц. Издания заметно различались. По оценке Акчама, лондонская версия была неточным пересказом с вводящим в заблуждение названием, а во французской отсутствовали приложения из армянского оригинала. Писатель и критик Акоп Ошакан недоумевал, зачем придавать столько значения «обрывочным телеграммам», если армяне и без них знали, кто стоял за произошедшим и к чему оно привело. «Это было истребление его народа», — заключал Ошакан.
Сопоставление дат и рукописных записей из документов, опубликованных Андоняном, с материалами османских архивов. Иллюстрация к исследованию Танера Акчама. Источник
В 1921 году Армянская национальная делегация отправила Андоняна в Берлин, где проходил процесс над Согомоном Тейлиряном, застрелившим Талаата-пашу. Андонян привёз документы для адвокатов подсудимого. Как отмечал историк Ваагн Дадрян, ссылаясь на стенограмму процесса, копии документов раздавали, а переводы заверяли. В Берлине Андонян также узнал, кому принадлежала подпись под двумя письмами из «Великого преступления», в которых говорилось о «полном уничтожении» армян. Первое, датированное 3 марта 1915 года, содержало решение уничтожить всех армян, живущих в Турции, «не оставив ни одного». Подписал письма Бехаэддин Шакир, один из главных организаторов Геноцида. Позже Андонян сообщил об этом Мэри Терзян. Ещё несколько страниц записей Наима он отправил в Стамбул для суда над Абдулахадом Нури, начальником Алеппского управления по делам переселенцев. Его имя встречалось ещё в лагерных бюллетенях Мескене: по слухам, именно Нури приказал гнать депортированных по левому, безводному берегу Евфрата. Теперь сведения о нём стали частью судебного дела.
После этого книга надолго оказалась забыта. Советизация Армении, Лозаннский договор и крушение надежд на решение армянского вопроса отодвинули на второй план и документы Андоняна. Вновь к ним обратились в 1980-е годы, но уже с целью оспорить их подлинность. В 1983 году в Анкаре вышла книга Шинаси Орела и Сюрейи Юджи, подготовленная, по сведениям Акчама, специальной комиссией при Министерстве иностранных дел Турции. Авторы утверждали, что Наима не существовало, его воспоминания вымышлены, а телеграммы подделаны. В доказательство они приводили особенности бумаги и подписей, а также заявляли, что в годы войны османские власти не использовали двух- и трёхзначные шифры, встречавшиеся в документах. В 1986 году Ваагн Дадрян ответил на эти обвинения подробной статьёй, однако проверить оригиналы не смог: к тому времени их местонахождение было неизвестно.
Ещё в начале 1950-х годов, при жизни Андоняна, католический священник Крикор Гергерян приехал в Париж и сфотографировал в библиотеке Нубар три самодельные тетради, исписанные карандашом на османском турецком языке. В них было семнадцать, двенадцать и семь страниц. Позже тетради исчезли из библиотеки, но фотографии сохранились. В 2015 году Акчам обнаружил эти записи Наима в частном архиве Гергеряна вместе с микрофильмами телеграмм. Среди материалов, опубликованных турецким военным архивом, нашёлся и документ за подписью Наима, подтверждавший отдельные сведения Андоняна. Кроме того, в османских телеграммах, ставших доступными исследователям после 2012 года, обнаружилось множество сообщений, зашифрованных двух- и трёхзначными кодами. Именно таких, каких, по утверждению Орела и Юджи, в то время не существовало. Споры продолжились, и в 2016 году в турецком научном журнале появилось новое возражение. В 2026 году «Великое преступление» впервые полностью вышло на английском языке в переводе Саймона Бёгекяна под редакцией Акчама — спустя сто пять лет после публикации армянского оригинала.
Аджемян и Кеворкян обращают внимание на то, что имя Андоняна слишком долго связывали почти исключительно с телеграммами Наима. Споры об их подлинности десятилетиями использовали для отрицания событий, о которых рассказывали документы. Между тем Андонян оставил сотни других свидетельств, собранных в Алеппо: рассказы выживших, записи очевидцев, сведения о депортациях и массовых убийствах. Сохранение этих материалов постепенно стало главным делом его жизни. Теперь им требовалось место, где они могли бы остаться и после его смерти.
В 1919 году Андонян перебрался в Париж, где прожил до конца жизни. Во французской столице проходила мирная конференция, и решение армянского вопроса казалось близким. Андонян оказался в центре событий: в 1919–1920 годах редактировал «Айастан», газету Армянского национал-либерального союза, выпустил свидетельство очевидца о резне в Алеппо и работал секретарём Армянской национальной делегации Погоса Нубара. Одновременно он продолжал собирать материалы. С 1919 по 1923 год Андонян составлял обширный обзор прессы, сохраняя газетные вырезки, которые впоследствии вошли в библиотечное собрание.
Библиотека Нубар появилась несколько лет спустя, когда надежды на решение армянского вопроса уже угасли. Торжественное открытие состоялось в 1929 году. Средства предоставили Погос Нубар и Всеармянский благотворительный союз, а должность Андонян, по сведениям Тер-Минасян, получил благодаря поддержке Габриела Норадунгяна, бывшего османского министра иностранных дел. Организацией библиотеки он занимался сам: обустраивал помещение у сквера Альбони, неподалёку от Сены и Трокадеро, собирал пожертвования по всей диаспоре, переписывался с дарителями и каталогизировал книги. Аджемян сравнивает его труд с работой монаха-переписчика. Сам Андонян называл библиотеку святилищем.
В 1929 году он представил библиотеку французским коллегам на страницах Revue des bibliothèques. Андонян хотел создать центр изучения армянской культуры и истории Востока, открытый для учёных и всех интересующихся, где можно было бы не только работать с книгами и архивами, но и обсуждать проблемы армянского народа. В проекте 1927 года он писал:
«Армянская библиотека в Париже не пойдёт против родины; напротив, она станет одним из средств её укрепления».
В то время среди армянских интеллектуалов шли споры о будущем народа: одни выступали за возвращение в Советскую Армению, другие считали необходимым укреплять армянские общины за её пределами. Андонян видел в библиотеке учреждение, которое, находясь в Париже, принадлежало бы всему народу. Он рассчитывал, что со временем она станет национальным музеем, а исследования, проведённые на основе её собраний, помогут развитию армянской культуры.
Фонд пополнялся главным образом за счёт пожертвований. Наследники передавали семейные библиотеки, книги и документы приходили из Каира и Константинополя, где власти кемалистской Турции препятствовали созданию новых армянских учреждений. Постепенно связи библиотеки охватили общины Ближнего Востока, Европы, Северной и Южной Америки. К 1940 году здесь хранилось более двадцати тысяч томов, и по размерам собрания она приблизилась к старым книжным хранилищам диаспоры — библиотекам мхитаристов в Венеции и Вене и монастыря Святого Иакова в Иерусалиме. Аджемян сравнивает её с институтом ИВО, основанным в Вильно в 1925 году. Оба учреждения возникли в условиях, когда национальную культуру приходилось сохранять за пределами исторической родины. По мнению исследователя, после крушения планов создания армянского национального очага на Ближнем Востоке подобные центры отчасти заменяли диаспоре утраченную территорию.
Библиотека была нужна и самим армянским эмигрантам. В письме от 24 октября 1928 года писательница Забел Есаян благодарила Андоняна за помощь её дочери Софи, поступившей в американское учебное заведение. Девушка заняла первое место на вступительном испытании, но без рекомендации библиотеки её не допустили бы к экзамену. Позже Софи стажировалась в Национальной библиотеке Франции, и мать с гордостью рассказывала о её успехах. Переписка Есаян с Андоняном сохранила и множество повседневных подробностей: встречи в парижских кафе, жалобы на холодный дом в Вирофле, просьбы найти нужную книгу, атлас или сведения о довоенном армянском населении османских вилайетов. К Андоняну обращались за книгами, справками и помощью в поиске людей. Его библиотека постепенно становилась местом встреч и связующим звеном для армянских интеллектуалов Парижа.
В 1941 году немецкие оккупационные власти реквизировали библиотеку Нубар, решив вывезти её в Берлин. Та же участь постигла русскую, украинскую, польскую, чешскую и еврейские библиотеки Парижа. По словам Аджемяна, Андонян отчаянно пытался защитить собрание и сумел уберечь часть наиболее ценных изданий. После войны он добивался возвращения вывезенных книг. С 1945 года их розыском занималась специальная Подкомиссия по книгам, похищенным во Франции. Сколько томов удалось вернуть, пока неизвестно.
О тех событиях Андонян оставил дневник. Обычно о разграблении библиотек известно по документам самих грабителей, но здесь вывоз книг описан человеком, который пытался их спасти, день за днём, со множеством подробностей. Аджемян обращает внимание на многочисленные вставки в тексте: вероятно, после войны, когда решался вопрос о возвращении книг, Андонян дополнял и перерабатывал свои записи. Тогда же в армянской прессе разгорелась полемика с Арташесом Абегяном, учёным, прибывшим из Берлина. Андонян обвинял его в пособничестве нацистам и в том, что тот извлёк выгоду из разграбления библиотеки.
После войны Андонян продолжал работать в библиотеке, в которой, по выражению Тер-Минасян, ещё с 1928 года «укрылся» от внешнего мира. Он писал воспоминания о Комитасе, дороге в Чанкыры и людях, арестованных в ночь на 24 апреля 1915 года. С декабря 1946 по июнь 1947 года эти тексты выходили в газете «Аревмутк». Аджемян упоминает и встречу Андоняна с Рафаэлем Лемкиным, создателем понятия «геноцид». Лемкин вспоминал, что получил от него «редкое издание» — вероятно, экземпляр «Официальных документов» 1920 года. Для Лемкина уничтожение культурного наследия было частью самого преступления. Он писал о личных библиотеках, архивах и рукописях, исчезнувших вместе с владельцами, и о преследовании «интеллектуалов, писателей, художников, издателей, учителей», которое нанесло удар по культуре народа. Встреча двух людей, один из которых искал юридическое определение Геноцида, а другой десятилетиями собирал свидетельства о нём, была особенно примечательной.
Последние дни Андонян провёл в небольшой комнате, наспех устроенной в одном из залов библиотеки. Он уже не вставал с постели. 23 декабря 1951 года Андонян умер в парижской больнице Неккер. В номерах «Арач» за 30 декабря и 1 января вышел большой некролог. Его автор, старый товарищ Андоняна по редакциям, признавался, что жизнь журналиста в Полисе до 1914 года даже для современников во многом оставалась загадкой.
К собранным Андоняном материалам исследователи в полной мере обратились лишь десятилетия спустя. В 1998 году Раймон Кеворкян, долгое время руководивший библиотекой Нубар, опубликовал в Revue d'histoire arménienne contemporaine свидетельства о лагерях Сирии и Месопотамии. Среди них была и записка о рукописных бюллетенях Мескене, сохранившаяся в фонде Андоняна. Сегодня его архив насчитывает около тысячи свидетельств, объединённых в восемьдесят дел, — примерно восемь тысяч листов. По оценке Аджемяна и Кеворкяна, это собрание позволяет лучше любого другого источника проследить судьбу армян, депортированных в Сирию, и восстановить события второй фазы Геноцида. Андонян продолжал собирать документы даже тогда, когда надежды на суд над виновными почти не осталось. По выражению исследователей, он работал так, «словно история могла заменить людской суд».
Источники:
Յառաջ : օրաթերթ [Арач : ежедневная газета]. — Париж, 1951. — № 6649. — Электронная копия: Հայաստանի ազգային գրադարան [Национальная библиотека Армении]. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Անտոնյան Արամ [Андонян Арам] // Հայկական սովետական հանրագիտարան [Армянская советская энциклопедия] / գլխ. խմբ. Վ. Հ. Համբարձումյան. — Երևան : Հայկական սովետական հանրագիտարանի գլխավոր խմբագրություն, 1974. — Հտ. 1. — Электронная копия: Վիքիդարան. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Labracherie, J.-C. La Sous-Commission des Livres et les spoliations allemandes pendant l’occupation de 1940–1944 / J.-C. Labracherie // La Gazette des archives. — 1973. — № 82. — P. 159–162. — DOI: 10.3406/gazar.1973.2316. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Pilibossian, C. Entretien avec Boris Adjemian, directeur de la Bibliothèque Nubar : Sur les traces du fondateur Aram Andonian / C. Pilibossian // Nor Haratch. — 2026. — 24 septembre. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Adjemian, B. At the Crossroads of Contemporary Armenian History / B. Adjemian // AGBU Magazine. — 2015. — April. — Электронная публикация: UGAB France. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Մինասեան, Մ. Զապէլ Եսայեանի անտիպ նամակները Արամ Անտոնեանին (1921–1934 թթ.). Ա. [Минасян М. Неопубликованные письма Забел Есаян Араму Андоняну (1921–1934). Часть I] / Մ. Մինասեան // Բագին [Бакин]. — 2017. — ԾԶ տարի, № 3 (յուլիս–սեպտեմբեր). — Էջ 59–66. — Электронная публикация: 13.04.2020. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Les Archives de la Délégation nationale arménienne [Архивы Армянской национальной делегации] // Bibliothèque Nubar : официальный сайт. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Writing on the Edge of the Abyss: Aram Andonian and the Spoliation of the Armenian Library of Paris [анонс научной лекции, 23 ноября 2022 г.] // Armenian Institute : официальный сайт. — 2022. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Adjemian, B. En marge de l’historiographie des génocides / B. Adjemian // Les mots sont importants : сайт. — 2025. — 23 avril. — Фрагмент книги La Bibliothèque et le survivant : Un intellectuel arménien au siècle des génocides. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Adjemian, B. Exil et diaspora au prisme d’une bibliothèque arménienne au XXe siècle / B. Adjemian // Diasporas : Circulations, Migrations, Histoire. — 2022. — № 40. — P. 27–31. — DOI: 10.4000/diasporas.8445. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Геноцид армян (1915–1916 годы): подробные сведения // Энциклопедия Холокоста / Мемориальный музей Холокоста США. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Writer and Witness: Aram Andonian and Early Narratives on the Armenian Genocide [научная лекция Бориса Аджемяна, 7 марта 2025 г.] // The Promise Armenian Institute / University of California, Los Angeles. — 2025. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Adjemian, B. Témoignages de rescapés et connaissance du génocide de 1915–1916 : La constitution des fonds d’archives arméniens et leurs usages historiographiques / B. Adjemian, R. Kévorkian // Études arméniennes contemporaines. — 2015. — № 5. — P. 79–111. — DOI: 10.4000/eac.755. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Փիրումեան, Ռ. Հայոց ցեղասպանութեան գրականութեան սեւագոյն էջերը Արամ Անտոնեանի մօտ [Пирумян Р. Самые мрачные страницы литературы о Геноциде армян в творчестве Арама Андоняна] / Ռ. Փիրումեան // Հորիզոն գրական [Оризон гракан]. — 2021. — 21 апреля. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Մինասեան, Մ. Արամ Անտոնեանի անտիպ գրառումները Տէր Զօրի կոտորածներուն մասին [Минасян М. Неопубликованные записи Арама Андоняна о резне в Дер-Зоре] / Մ. Մինասեան // Հայկազեան հայագիտական հանդէս = Haigazian Armenological Review. — Պէյրութ, 2015. — Հատ. ԼԵ (35). — Էջ 685–724. — ISBN 978-9953-585-16-1 (тома). — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Andonian, A. Les journaux vivants : les orphelins / A. Andonian ; trad. R. H. Kévorkian // Revue d’histoire arménienne contemporaine. — 1998. — T. II : L’extermination des déportés arméniens ottomans dans les camps de concentration de Syrie-Mésopotamie (1915–1916). — Partie II, témoignage № 37. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Andonian, A. Les bulletins manuscrits arméniens à Meskénée / A. Andonian ; trad. R. H. Kévorkian // Revue d’histoire arménienne contemporaine. — 1998. — T. II : L’extermination des déportés arméniens ottomans dans les camps de concentration de Syrie-Mésopotamie (1915–1916). — Partie II, témoignage № 36. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Andonian, A. Une statistique lugubre concernant Meskéné / A. Andonian ; trad. R. H. Kévorkian // Revue d’histoire arménienne contemporaine. — 1998. — T. II : L’extermination des déportés arméniens ottomans dans les camps de concentration de Syrie-Mésopotamie (1915–1916). — Partie II, témoignage № 29. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Արամ Անտոնեան [Арам Андонян : электронный каталог произведений] // Հայ մատենագրութեան թուանշային գրադարան [Цифровая библиотека армянской литературы]. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Andonian, A. Exile, Trauma and Death: On the Road to Chankiri with Komitas Vartabed / A. Andonian ; translated, edited and annotated by R. Soulahian Kuyumjian. — London : Gomidas Institute, 2012. — XIV, 186 p. : ill., maps. — (Trilogy – April 24, 1915 ; vol. 1). — ISBN 978-1-903656-92-1. — Электронная библиографическая запись: Gomidas Institute. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Véradzenount = Վերածնունդ [Возрождение : армянский общественно-политический и культурный журнал]. — Paris, 1917–1921. — Электронный архив журнала: Association pour la recherche et l’archivage de la mémoire arménienne (ARAM). — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Андонян Арам // Энциклопедия фонда «Хайазг» : сайт. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Անտոնյան Արամ Անտոնի [Андонян Арам Антонович] // Հայկական հարց : հանրագիտարան [Армянский вопрос : энциклопедия] / խմբ. Կ. Խուդավերդյան, Ջ. Թորոսյան [и др.]. — Երևան : Հայկական հանրագիտարանի գլխավոր խմբագրություն, 1996. — 527 էջ. — Электронная копия: Վիքիդարան. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Օշական, Յ. Համապատկեր արեւմտահայ գրականութեան. Թ հատոր : Արուեստագէտ սերունդ. 5. Արամ Անտոնեան [Ошакан А. Панорама западноармянской литературы. Т. 9. Поколение художников. Глава 5. Арам Андонян] / Յ. Օշական. — Անթիլիաս : Տպարան Կաթողիկոսութեան Հայոց Մեծի Տանն Կիլիկիոյ, 1980. — Электронная публикация: Հայ մատենագրութեան թուանշային գրադարան. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
Թէոդիկ. Ամենուն տարեցոյցը 1913 : 7-րդ տարի : Ազատ հայուն պզտիկ հանրագիտարանը [Теотиг. Альманах для всех на 1913 год. Год седьмой] / Թէոդիկ. — Կ. Պօլիս : Տպարան Վ. եւ Հ. Տէր-Ներսէսեան, 1912. — 395, [5] էջ : ил., портр. — Электронная библиографическая запись: Համահայկական թուանշային գրադարան. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.
‘The Great Crime’ by Aram Andonian : Talaat Pasha’s Orders on the Armenian Genocide and Naim Bey’s Testimony / ed. T. Akçam ; trans. S. Beugekian. — Cham : Palgrave Macmillan, 2026. — X, 202 p. : ill. — (Palgrave Studies in the History of Genocide). — ISBN 978-3-031-97230-0 (softcover). — ISBN 978-3-031-97231-7 (eBook). — DOI: 10.1007/978-3-031-97231-7. — URL (дата обращения: 12.11.2026). — Текст : электронный.