Несгибаемая и бесстрашная Тамара Лисициан
Её имя помнят по титрам любимых с детства киносказок — «Чиполлино», «Волшебный голос Джельсомино». Но мало кто знает, что режиссёр этих добрых, ярких фильмов в юности прошла через ад, который и не снился сценаристам военных драм.
Тамара Николаевна Лисициан родилась в Тбилиси в 1923 году. Отца не стало, когда Тамаре было 9 лет, и мать, суровая казачка, воспитывала дочь одна.
Тамара с матерью Марфой Ивановной и отцом Николаем Павловичем Лисициан. Тбилиси, 1928 год. Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
Характер у Тамары проявился быстро: когда мать после седьмого класса хотела отправить её работать, девочка уперлась и заявила, что окончит десятилетку. А потом и вовсе заявила, что станет актрисой и, вопреки возражениям матери, собрала чемодан и уехала покорять Москву, потому что тбилисский театральный был для неё недостаточно хорош. 22 июня 1941 года она как раз была в пути. По приезде в Москву, кузина Павла Лисициана не пошла в училище, а отправилась прямиком в ЦК комсомола — требовать отправки на фронт. Чтобы взяли, пришлось приврать про знание немецкого, зато про умение ездить на мотоцикле и навыки стрельбы она сказала правду. Так молодая упрямая девчонка попала в разведку.
Тамара Лисициан, разведчик разведотдела 5-й армии. Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
«Письмо к итальянскому читателю киносценаристки Элианы де Сабата: (из главы «Вместо предисловия» книги воспоминаний Тамары Лисициан «Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. Повесть»):
«…ей было всего 18 лет, когда она добровольцем вошла в состав 5-й Армии, защищавшей Москву зимой 1941 года, а затем перешла в авиадесантную воинскую часть 9903 и была заброшена с товарищами в тыл к немцам в качестве диверсанта-разведчика для подрыва мостов и вражеских эшелонов. Глядя на Тамару, такую спокойную, ласковую, одетую со вкусом, невозможно было всё это представить. Тем не менее выяснилось, что она, ещё школьницей, была чемпионкой Грузии по стрельбе из винтовки ТОЗ-8, занималась борьбой самбо (так русские называли японскую борьбу джиу-джицу) и пользовалась этим знанием на войне, умела собрать из подручных средств взрывное устройство не хуже, чем испечь пирог».
Лисициан — чемпионка Грузии по стрельбе, 1939 год. Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
Её определили в часть особого назначения № 9903. Это было легендарное разведывательно-диверсионное подразделение, где служила Зоя Космодемьянская. Статистика там была страшная: из пяти тысяч добровольцев в живых осталась едва ли тысяча.
В 1942 году Тамара, тогда «игравшая» грузинку по имени Этери, попала в плен.
«Прошло ещё три дня. За мной пришли два солдата, и молча повели меня в комендатуру, туда, где меня встречал после Мозыря Михаэлис. Погода стояла солнечная, однако людей на улице видно не было. Огромный красный флаг со свастикой на белом круглом фоне неподвижно свисал с крыши.
Одноглазый генерал — «прекрасный человек», по словам Михаэлиса, — ждал меня в своём кабинете. Тут же сидели ещё два офицера. Генерал недовольным тоном велел мне рассказать подробно всю мою историю с самого начала. Потом не удержался и заорал:
— Здесь нет таких простофиль, как Михаэлис или Мюллер! Если ты не расскажешь, наконец, правду, то я прикажу тебя повесить прямо перед театром, где ты изволила развлекаться!
Один из присутствующих офицеров оказался следователем. В его кабинете начались допросы, опять побои, как в Брагине, опять меня избивали полицаи, на этот раз украинцы. Немцы рук не пачкали.
Я вцепилась в свою «легенду прикрытия» намертво: «медсестра, ищу Ганса».
Меня отводили в тюрьму, а наутро снова приводили на допрос в комендатуру, и так не то два, не то три дня подряд.
Сейчас уже не помню. Избивали во время допросов так, что я уже не могла ходить, и последний раз солдаты почти волоком притащили меня обратно в тюрьму. Дело было ночью, но спать я не могла. Болело всё, нельзя было пошевелиться. Кровь сочилась не только из носа, но и из ушей.
Несколько дней меня после этого никуда не водили — кажется, неделю, если не больше. Потеряла счёт времени.
Как-то зашёл ко мне солдат из охранной тюремной команды и принёс глиняный кувшин с водой. Это был высокий парень лет двадцати пяти, с выцветшими желтоватыми волосами.
Когда я ещё ходила по двору тюрьмы, мы столкнулись с ним при выходе из столовой, где кормили охранников и куда по распоряжению Михаэлиса пускали поесть и меня.
— Как вас зовут? — спросила я.
Он замялся, но потом всё-таки ответил:
— Альфред Камм. Я из Кельна. А вы?
— Я из Грузии, из Тбилиси. Этери Гванцеладзе. Камм, а почему вы не на фронте?
— Я единственный сын у родителей. Таких, как я, на фронт не посылают.
Я этого не знала.
Он стоял надо мной с кувшином в руках.
— Михаэлис вернулся из отпуска? — спросила я.
— Не знаю, я не хожу в комендатуру, — ответил он. — Я могу принести вам что-нибудь поесть.
— Спасибо, я не могу есть… у меня сломаны два зуба.
Хорошо помню этого молодого немца: часто видела его во дворе тюрьмы, к тому же именно он тащил меня из тюрьмы через весь Житомир в концлагерь, в тот самый, который мне показывал ранее Михаэлис — Шталаг 358. Но главное и потому, что я его снова увидела через несколько лет после войны. И где?!
С сыном Сандро. Площадь Болонья. Рим, 1948 год. Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
Во Флоренции, в 1949 году, летом, возвращаясь после отдыха в Абетоне, я шла по Старому мосту через реку Арно с мужем и сыном, которому было всего полтора года. Вдруг вижу — навстречу нам идёт Камм.
В белой рубашке с расстёгнутым воротом… Под руку он вёл какую-то белокурую девушку.
От неожиданности я окаменела. Ко мне приближалось нечто из прошлых, совсем ещё недавних потрясений, которые я так старалась забыть. Не отрывая глаз от идущего мне навстречу немца, я попросила мужа:
— Пожалуйста, возьми сына и зайди в лавочку рядом.
— Зачем?
— Я тебе потом объясню… скорей!
Он увёл ребенка.
Я и сейчас не могу понять своего тогдашнего замешательства. Ну, Камм, ну и что… и всё же… В эту минуту я должна была встретить житомирское прошлое, житомирское привидение… одна, как тогда… одна… Слышу, как они говорят по-немецки… Вдруг Камм увидел меня и остановился. Узнал!
Было видно, как он побледнел и растерялся.
— Вы Альфред Камм? — спросила я по-немецки, шагнув к нему навстречу.
Он очнулся и попятился.
— Нет-нет! — почти закричал испуганный Камм. Чем немало удивил свою спутницу. Она вскинула голову, посмотрела в его сторону, не понимая, очевидно, почему он отрекается от своего имени. Но Камм не дал ей вымолвить и слова, схватил за руку и бросился прочь.
Я смотрела, как парень убегает и тащит за собой свою подружку. Удивительно, ведь он мне тогда сам лично не причинил зла. Чего же он так испугался? А я? Почему я так заволновалась? Кто знает, что с ним было после Житомира? Наверное, и у немцев на войне появлялись жуткие комплексы, страхи. Вероятно, и у них воспоминания до сих пор вызывают невольную дрожь. Люди всё-таки».
Тамара Лисициан. Рим, 1948 год. Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
Сначала ей удавалось морочить голову немцам историей про поиск некоего жениха Ганса, но в итоге она оказалась в госпитале концлагеря под Житомиром. В своих воспоминаниях Лисициан описывала это место без прикрас:
«Это место называется госпиталь — "Кранкенлазарет" по-немецки. Оно отделено от всего остального лагеря. Тут четыре тысячи раненых и больных, двести медперсонала из числа тех же пленных. В каждом блоке — свой главный врач. Но лечить больных нечем. Поэтому тут никого не лечат, только хоронят. Нет не только лекарств, перевязочного материала, но даже постелей, не говоря уже о белье. Завшивленность от этого стопроцентная. Каждый день умирают по тридцать пять-сорок человек».
Ей удалось невероятное — сбежать. Она прибилась к партизанам, воевала в лесах, получила контузию. Именно партизанское прошлое позже спасло её от лагерей уже советских — к тем, кто сражался в отрядах, вопросов было меньше.
Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
После войны судьба сделала резкий поворот. Тамара окончила Московское городское театральное училище, а затем вышла замуж за свою первую любовь — Луиджи Лонго, с которым она познакомилась ещё в 15 лет в пионерлагере в Грузии. Жили бедно в коммуналке, но счастливо. Потом Луиджи уехал в Италию, зарегистрировал брак с любимой в Милане, и Тамара смогла претендовать на итальянское гражданство. Вот только к мужу её не пускали. Тогда она написала резкое письмо самому Сталину: весь запас страха она истратила ещё в концлагере.
Вызвали её в МИД, к замминистра Деканозову. Тамара, готовая к аресту, начала бунтовать с порога:
«Я, по своей дурной манере, начала орать: "Какое безобразие! Почему меня не выпускают?!" Деканозов едва умудрился вставить слово: "Минуточку, я же хочу сообщить, что вас выпускают". И тут у меня градом полились слёзы, хотя я никогда не плачу, как моя мама. Деканозов развел руками и произнес: "Ну, я не знаю, что такое — пришла, накричала, ей разрешили ехать, а она ревёт. Идите в итальянское посольство, вам дадут паспорт, визу, гражданство, поедете вместе с югославскими семьями". Я успокоилась и заявила: "А зачем мне эти югославы? У меня очень хорошая ориентация на местности, я ни в одном лесу не терялась". Тогда раздосадованный Деканозов ответил: "Европа — это вам не партизанский лес, там барышни одни, язык высунувши, не бегают"».
Луиджи Лонго с женой Бруной-Конти и невесткой Тамарой Лисициан (рядом шофер Л.Л.). Рим, Джаниколо, 1950 год. Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
В Италии она жила в достатке, но тоска по родине оказалась сильнее комфорта. В 1952 году с мужем и сыном Сандро вернулась в Москву — из миланской квартиры в коммуналку, зато поближе к «Мосфильму». Училась в ГИТИСе, а в 1954 году перевелась во ВГИК (мастерская режиссёра Григория Козинцева), который окончила в 1959 году.
ВГИК 3-й режиссерский курс. Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
Киностудия стала её новым фронтом. 40 лет работы там она приравнивала к четырем годам войны. Дважды у неё буквально вырывали проекты из рук. Лисициан уже утвердили режиссёром на «Три толстяка» и «Сказку о потерянном времени», но руководство всё переиграло. В итоге сказку Евгения Шварца отдали мэтру Александру Птушко, а историю Юрия Олеши снял Алексей Баталов. Но Лисициан никогда не сдавалась и ни перед чем не пасовала. Она поддерживала Тарковского, когда его травили, и снимала своё кино — сначала детское, потом остросоциальное.
Лисициан Тамара Николаевна, ветеран Великой Отечественной войны, ветеран труда, кинорежиссёр-постановщик, 1979 год. Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
До конца дней она оставалась бойцом. В 90-е и нулевые, видя, как переписывается история, издала свою книгу-исповедь «Нас ломала война…», чтобы рассказать правду о поколении, которое пытались стереть, но не смогли сломать. Тамары Николаевны не стало в ноябре 2009 года.
Кинорежиссёр Лисициан Тамара Николаевна на съёмках своего фильма «Тайна виллы “Грета”». 1983 год. Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
Фильмография
«Сомбреро» (1959)
Её дебютный полный метр — экранизация пьесы Сергея Михалкова. История о детях, театре и, конечно, о мечте. Фильм стал отличным стартом для выпускницы мастерской Григория Козинцева.
Лисициан на съёмках своего первого художественного фильма «Сомбреро», 1958 год. Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
«Космонавт №…» (1961) и «СССР глазами итальянцев» (1963)
Период экспериментов. Короткий метр на актуальную тему космоса и совместная документальная работа с итальянскими коллегами — сказались связи и знание страны.
Площадь Пушкина. Подпись рукой Тамары: «Реклама моего фильма». Москва, 1961 год. Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
«Вашу лапу, медведь!» (1969)
Стереоскопический фильм. Лисициан всегда интересовалась техническими новинками и не боялась сложных форматов.
«Чиполлино» (1973)
Пожалуй, самая известная её работа. Яркая, музыкальная экранизация сказки Джанни Родари. Несмотря на сказочный антураж, в фильме четко прослеживается социальный подтекст, который Лисициан умела подавать тонко и остроумно.
«Волшебный голос Джельсомино» (1977)
Ещё одна экранизация Родари. Фильм о стране, где запрещено говорить правду, и о парне, чей голос рушит стены тюрем. Владимир Басов в роли короля Джакомона здесь просто неподражаем.
Съёмочная группа «Мосфильма», кинофильм «На гранатовых островах». Куба, Дом Хемингуэя, 1980 год. Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
«На Гранатовых островах» (1981)
Переход к взрослому кино. Политический детектив о западных журналистах, попавших в зону конфликта. Фильм был смелым высказыванием на тему международной политики.
«Тайна виллы “Грета”» (1983)
Остросюжетная драма о масонах, политических интригах и борьбе за власть. Именно за эту тему, по слухам, режиссёру поступали угрозы.
Тамара Лисициан с Лидией Андреевой-Куинджи в перерыве сьёмок фильма «Тайна виллы “Грета”». Мосфильм. 1983 год. (Сейчас Л. Андреева-Куинджи творческий руководитель проекта «Герои былых времён»). Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
«Загадочный наследник» (1987)
Драма о советском художнике, который получает наследство за границей. Фильм поднимает вопросы эмиграции, патриотизма и корней — темы, близкие самой Лисициан.
«Встреча с духоборцами Канады» (1991)
Документальная работа позднего периода, показывающая интерес режиссёра к судьбам русских людей за рубежом.
Лисициан Тамара Николаевна и её второй муж кинооператор киностудии «Мосфильм» Листопадов Виктор Фёдорович у себя дома. Ноябрь 1984 года.
Они познакомились на «Мосфильме», работали вместе над короткометражным фильмом «Космонавт №...» (1961) и сюжетом «Коварство и любовь» в сорок втором выпуске киножурнала «Фитиль» (1965). Источник: Лисициан Т.Н. Нас ломала война…: Из переписки с друзьями: Док. повесть. — М.: Олма-пресс, 2002
Также Тамара Лисициан много работала над восстановлением киноклассики («Пётр Первый», «Трактористы») и снимала сатирические сюжеты для киножурнала «Фитиль» («Коварство и любовь», «Обчистили»), где её чувство юмора и справедливости находили идеальный выход.
22 января 2026 года в Армянском музее состоится показ документального фильма «Тамара Лисициан. Непобеждённая» (2023) и встреча с режиссёром Акимом Салбиевым.