Лорн Ширинян: «Ты пытаешься понять Армению. Ты пишешь Армению»
Лорн Ширинян — писатель, поэт, драматург, автор более тридцати книг и почётный профессор английской и сравнительной литературы Королевского военного колледжа Канады в Кингстоне (Онтарио). Его художественные тексты и академические работы обращены к теме Геноцида армян, судьбам выживших и тому, как в диаспоре формируется идентичность.
Лорн Ширинян
Биография
Лорн Ширинян родился в 1945 году в Торонто. Его родители — Мампере Ширинян (мальчик №73) и Мариам Мазманян (девочка №16) из группы так называемых Georgetown Boys and Girls — сирот, переживших Геноцид армян и вывезенных в Канаду в 1920-е годы.
Память о пережитом была частью повседневной жизни семьи. В доме часто собирались армяне. По воспоминаниям Шириняна, встречи начинались легко, но постепенно разговоры возвращались к прошлому: «Когда подавали кофе, чай и печенье, разговор становился печальным… Люди снова рассказывали свои истории и начинали плакать».
До школы Лорн говорил по-армянски, но с началом обучения постепенно перешёл на английский. Отец пытался учить его письму, но подростка больше занимали спорт и школьная жизнь.
Тем не менее армянская культура оставалась рядом — через музыку, книги, разговоры. В доме звучали записи Арменака Шах-Мурадяна с песнями Комитаса, была большая библиотека. К этому опыту Ширинян вернулся позже — уже как писатель.
Он получил степень бакалавра по французскому языку и литературе в Университете Торонто, степень магистра по сравнительному литературоведению в Карлтонском университете и докторскую степень в Университете Монреаля. Он основал и редактировал журнал Manna: A Review of Contemporary Poetry (1971–1974), а затем на протяжении 20 лет жил, преподавал и писал в районе Монреаля. В 1994 году он переехал в Кингстон (Онтарио), где стал профессором кафедры английского языка в Королевском военном колледже Канады. В 2010 году, после 35 лет работы в профессии, он вышел на пенсию в звании Почётного профессора английской и сравнительной литературы. В 2014 году он вернулся в Торонто, чтобы полностью посвятить себя писательской деятельности, где живёт и творит по сей день.
Творчество и общественная деятельность
Поворот к армянской теме произошёл в начале 1970-х годов. Во время магистратуры Ширинян изучал творчество мартиникского поэта Эме Сезера и его поэму Cahier d’un retour au pays natal — один из ключевых текстов антиколониальной мысли. Этот опыт оказался для него определяющим.
«Я старался читать как можно больше армянской истории и армянской литературы на английском языке и в переводах. В то время таких материалов было немного, а то, что приходило из Советской Армении, вызывало большие сомнения. В 1972 году вышла моя первая книга стихов Manuscript, Tom Sturgess. Я хотел писать. Я хотел выразить свою армянскость — Arménitude. Армения тогда была колонией России. Армяне по всему миру хотели независимую Армению, которая представляла бы нас и стала бы нашим домом. Связь была очевидной. Я решил, что моя писательская карьера будет сосредоточена на возвращении и восстановлении армянской истории. Поскольку я не мог работать на армянском языке, я писал о том, что знал: о Геноциде и о его последствиях для тех, кто выжил, и для их сыновей и дочерей», — признаётся Лорн Ширинян в интервью Граду Поладяну.
Ширинян сосредоточился на истории армян и на том, как последствия Геноцида проявляются в жизни выживших и их потомков. В 1974 году он издал антологию Armenian North American Poetry, где собрал тексты поэтов второго поколения диаспоры. Это было одно из первых изданий, зафиксировавших англоязычную армянскую поэзию как самостоятельное явление.
Параллельно он занимался общественной работой: выступал на конференциях, участвовал в памятных мероприятиях 24 апреля, работал с темой признания Геноцида армян в Канаде. В начале 2000-х вместе с другом и коллегой Аланом Уайтхорном он встречался с канадскими парламентариями, рассказывая о судьбе Georgetown Boys and Girls. В 2004 году Канада официально признала Геноцид армян.
В научных работах Ширинян развивал подход к диаспорной литературе как к самостоятельному направлению литературы. Он подчёркивал, что даже ограниченное владение армянским языком не отменяет культурной принадлежности: «Я надеялся, что своим примером смогу показать, что всё же можно называть себя армянским писателем».
В мае 2026 года вышла его новая книга My Family, Surviving Genocide, Becoming Canadian («Моя семья: пережив геноцид, стать канадцами»), посвящённая истории его родителей и дяди. Его мать приехала в 1927 году, отец — в 1924-м, а дядя по материнской линии — в 1923-м, с первой группой Georgetown Boys and Girls. Через их судьбы Ширинян показывает не только личный опыт выживания, но и более широкий процесс — как диаспора встраивалась в канадское общество, пытаясь сохранить память и идентичность.
Три стихотворения Лорна Шириняна
«Плакучая ива, поплачь обо мне»
Плакучая ива, поплачь обо мне,
склони свои ветви к самой земле
и укрой меня.
(Популярная песня, написанная в 1932 году Энн Ронелл,
записана Билли Холидей в Лос-Анджелесе
3 сентября 1954 года.)
времени ещё достаточно
говорил я себе
стихотворение рассказ книга фильм
жизнь прожита
но многое предстоит сделать
время обмануло меня
однажды я проснулся пригнувшись к самой земле
будущее высосано
и готово к подаче на стол
ива, были времена
когда слова лились на страницы подобно мёду
я не мог остановить этот поток
и меня просили повременить
публиковать столь много
столь много — это сколько для отчаянного писателя
скажи мне, ива
я не могу жить по их меркам
мне бы справиться со своими
скоро, ива,
я соберу все свои страницы
и спрячусь под твоей кроной
последнее прикосновение, шепот ночи
опускающиеся тени
я заберу их с собой
2021
Армянские поэты
Сначала возникает
потребность быть поэтом —
свидетельствовать словом.
Но твои стихи — всего лишь слова.
И однажды ты понимаешь:
земля под ногами сдвинулась,
и вдруг открылась
с пугающей ясностью
какая‑то древняя,
человеческая тайна,
которая раскрывается
через тебя.
Постепенно начинаешь понимать
это желание —
слова исчезают
и остаётся стихотворение.
Но ты армянин.
Отсутствие
и тоска —
твоё наследие.
Ты видишь, как Варужан
танцует на Гарвард‑сквер,
натыкаешься на Сиаманто
в книжном магазине Вордсворта,
тебе звонят —
Турян потерялся в Уотертауне.
Ты пытаешься понять Армению.
Ты пишешь Армению.
Армения.
В искривлённом времени,
которое зовётся Америкой,
ты превращаешь в миф
утраченную землю
и оказываешься
между легендой
и реальностью.
В твоей жизни —
любовь и геноцид.
Ты собираешь свои образы и желания,
говоришь на английском как на родном —
и становишься армянским поэтом.
1991
Эммануэль и луна
I.
Мы с сыном сидим
на заднем крыльце,
и вдруг —
вселенная начинает ему открываться.
— Папа, кто сломал луну?
— Никто, сынок, — отвечаю я.
— Но посмотри туда, — настаивает он.
Я поднимаю голову —
и действительно:
эта нелепая штука
застряла в ветвях дерева
и рассыпала свой свет.
— Ничего, Эммануэль, — шепчу я,
не слишком поражённый
этой катастрофой.
— Ладно, папа.
Теперь всё в порядке.
Я успеваю увидеть,
как луна высвобождается
и медленно поднимается вверх.
И вот мы стоим,
запрокинув головы,
оба — в лёгком изумлении.
Эммануэль прижимается ко мне
и ещё некоторое время следит за луной,
как она неспешно движется по своей дуге,
словно этой ночью ей немного неловко.
II.
— Папа, скорее.
Луна у меня в комнате.
Он опять за своё.
— Хорошо, сынок, —
отзываюсь я.
И вдруг из его комнаты
доносится смех.
Я быстро иду по коридору,
останавливаюсь у двери,
прислушиваюсь —
и вхожу.
И вижу: луна улыбается
с лица моего сына.
Эммануэль тихо смеётся сам с собой.
А я стою — будто лишний.
Но сын спасает меня,
протягивая приглашение:
— Заходи, познакомься с моим новым другом, папа.
1986
Перевела Анна Владиславская
Источники:
Статьи о Шириняне на Арменияпедии и Хайазге;
Обложка: Ширинян в библиотеке им. Х. Манугяна в Хамазкайне, Торонто, 2024 год; Фото: Дж. Х. Кузуян.